Забег на невидимые дистанции. Том 1

Нужно было не только научиться вести новый образ жизни, при котором никто меня не найдет и не остановит, но и немедленно начать разрабатывать более подробный план, искать средства к его осуществлению. После побега то, к чему я стремился, стало как никогда достижимо, но требовалось время, много времени и еще больше – информации. И денег, конечно.

Я достаточно быстро ее нашел.

Я знал, что спешить нельзя. И готов был преодолевать любые трудности.

Но в первый раз я все-таки поспешил. Слишком поверил в благосклонность судьбы, и в итоге все закончилось провалом. Это был хороший урок, я его усвоил. Подготовка требует больше дотошности, чем я прикладывал ранее. Один случайный прохожий может все испортить. Нужно сделать так, чтобы исключить их из цепи событий. Рассчитать абсолютно все.

Но никто не запрещал некоторое время спустя совершить вторую попытку на основе анализа ошибок предыдущей. И никто во всем мире не помешал бы мне этого сделать. Именно поэтому я сейчас сидел во взятом напрокат «универсале» на отшибе Мидлбери и ждал. Я ждал тех, кто встал у меня на пути, хотя они об этом, конечно, не догадывались. Что ж, это не освобождало их от последствий.

Можешь сколько угодно искать в своей жизни плюсы, минусы найдут тебя сами. Чертовски верно сказано.

Нервничая, я стал протирать ладони, пальцы и ногти влажными салфетками, хотя знал, что сегодня все пройдет идеально. Мой план, в отличие от их сумбурного желания отомстить, безупречен. Мне не терпелось привести его в действие.

Снаружи холодало, становилось больше похоже на ноябрь. Слабый сизый туман опускался с крыш, растекался по земле. Хотелось выйти из машины и дать вокруг нее пару десятков кругов против часовой стрелки, запахнувшись в дырявое пальто, оставшееся у меня со времен бездомной жизни. Это всегда помогало настроиться на нужный лад. Некий успокаивающий ритуал, который всегда работал, в отличие от таблеток.

Но я понимал, что выходить нельзя. Если начать повторять одно и то же действие много раз, это гарантированно привлечет внимание. Именно этого я усиленно избегал последние несколько лет, оказавшись на свободе, и, надо заметить, хорошо преуспел в искусстве оставаться в тени.

От волнения язык во рту превратился в кусок какой-то кислятины. Поправив бутылку и сумку на пассажирском сиденье так, чтобы они лежали строго параллельно друг другу, я вцепился в руль и задумался, что привело меня в эту точку моей жизни.

Чтобы вернуть то, что у меня отняли, нужна более тщательная подготовка, чем я полагал, и уж точно более продуманная, чем у этих двух уродов. Они не знают, у кого на пути встали. Но они получат свое. Речь сейчас не о них. А о тех, кто сделал это в первый раз.

Еще имя так поменяли, будто нельзя догадаться, что должна быть другая буква.