Избранные произведения. I том [компиляция]

Как тогда, в замке Стигга, он почувствовал, как зашевелился засевший в сердце осколок холодного стекла.

Он обнял ее, крепко прижал к груди, погладил по волосам, пахнувшим ландышем.

— Бедный ты мой… — сказал он не своим голосом. — Маленький ты мой, несчастный… интерес государства.

По всей Цинтре звонили колокола. Величественно, гулко, торжественно. Но при этом как-то на удивление грустно.

«Редкостная красота, — думал иерарх Хеммельфарт, глядя вместе со всеми на закрепляемый на стене портрет размером, как и остальные, по меньшей мере полсажени на сажень. — Странная красота. Голову дам на отсечение, что это метиска. Дам голову, что в ее жилах течет проклятая эльфья кровь».

«Красивая, — думал Фольтест, — красивее, чем на миниатюре, которую мне показывали люди из разведки. Ну что ж, портреты не всегда льстят».

«Совершенно не похожа на Калантэ, — думала Мэва. — Совершенно не похожа на Рёгнера. Совершенно не похожа на Паветту… Хммм… Шли слухи… Но нет, это невозможно. Это должна быть королевская кровь, законная властительница Цинтры. Должна быть. Того требуют интересы государства. И истории».

«Это не та, которая являлась мне в снах, — думал недавно прибывший в Цинтру Эстерад Тиссен, король Ковира. — Наверняка не та. Но я не скажу никому. Сохраню для себя и моей Зулейки. Мы вместе с моей Зулейкой решим, как использовать знания, данные нам снами».

«Еще немного, и она стала бы моей женой, эта Цири, — думал Кистрин из Вердэна. — И тогда я стал бы герцогом Цинтры и, по обычаю, наследником трона… И погиб бы, конечно, как Калантэ. Хорошо, ох хорошо, что она еще в детстве сбежала от меня».

«Я ни секунды не верил в россказни о великой любви с первого взгляда, — думал Шилярд Фиц-Эстерлен. — Ни мгновения. Однако Эмгыр берет в жены эту девушку. Отвергает возможность примирения с князьями и вместо нильфгаардской княжны берет в жены Цириллу из Цинтры. Почему? Чтобы завладеть маленьким нищенским государствишком, половину которого, если не больше, он и без того присоединил бы к Империи путем переговоров? Чтобы овладеть устьем Яруги, которое и без того уже находится во владении совместных нильфгаардско-новиградско-ковирских компаний морской торговли?

Ничего я не понимаю в этих государственных интересах, ничего.

Похоже, мне далеко не все говорят».

«Чародейки, — думал Дийкстра. — Все это фокусы чародеек. Ну и пусть. Видать, писано было, что Цири станет королевой Цинтры, женой Эмгыра и императрицей Нильфгаарда. Видать, того хотело Предназначение. Судьба. Кисмет[127]».

«Пусть так оно и будет, — думала Трисс Меригольд. — Пусть так и останется. Все получилось лучше некуда. Теперь Цири будет в безопасности. О ней забудут. Позволят ей жить».

Портрет наконец занял положенное место. Слуги забрали лестницы. Унесли.