Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Однако, несмотря на мое высокомерие, за двадцать шесть лет жизни я никогда не действовал опрометчиво и в части соблюдения этих семи заповедей моя совесть чиста.

Словно струя проточной воды, меч с тихим звоном полностью вышел из ножен.

— Не надо!

Мо Жань тоже понял, что он собирается сделать и постарался ослабить барьер. Однако созданная Чу Ваньнином магическая преграда была слишком прочной, чтобы ему удалось быстро справиться с ней.

Он пробормотал:

— Наньгун…

Однако Наньгун Сы не взглянул даже на Е Ванси и уж тем более не обратил внимания на Мо Жаня. Он сказал:

— Господа, раз уж сегодня вы отказываетесь поверить мне на слово, у меня нет другого выхода. К счастью, когда-то я овладел искусством наложения пут, и прямо сейчас сам заточу себя здесь. Пожалуйста, не впутывайте в это дело невиновных. Я, Наньгун Сы, запру себя в магическом круге и буду ждать вашего возвращения.

— Наньгун!

Прежде, чем этот крик затих, пролилась кровь.

Меч Наньгун Сы вонзился в землю, но между лезвием и земной твердью оказалось еще кое-что. То, что он так безжалостно пригвоздил к земле, оказалось его левой рукой…

Он в самом деле без всякой жалости, словно змею на семь цунь[200.5], прибил свою руку к земле. Молнии зазмеились по мечу, активируя заклинание заточения.

Е Ванси преклонила колени перед барьером.

Кровь Наньгун Сы струилась из-под эфеса меча, окрашивая землю в алый цвет.

Е Ванси так низко опустила голову, что никто не смог разглядеть выражение ее лица, лишь только пальцы рук с побелевшими костяшками судорожно цеплялись за струящийся барьер.

Этим заклятием, прибивая к земле, укрощали свирепых зверей, злых духов и домашнюю скотину. В Верхнем Царстве не было заклинателя, который не знал бы, как им пользоваться.

Наньгун Сы использовал этот метод магического связывания, чтобы пригвоздить себя.

От пронизывающей боли его губы посинели и затряслись, но он не проронил ни слезинки. Какое-то время спустя, он поднял на столпившихся у барьера людей покрасневшие глаза, чтобы четко и внятно сказать:

— Идите.

— … — в двух своих жизнях Мо Жань очень редко встречал людей, которые могли настолько поразить его, что он лишился бы дара речи.

В прошлой жизни это удалось только Е Ванси.

Сейчас это случилось, когда он смог по-настоящему разглядеть суть человека, которого Е Ванси любила."

"Когда-то он был сбит с толку: как Е Ванси могла полюбить этого незрелого юнца, который влюбился в смазливую мордашку, за внешней красотой не заметив истинной сути девушки? Разве достоин этот безмозглый «золотой мальчик» ее искренней привязанности?

Однако в эту минуту он смог посмотреть на него глазами Е Ванси.

Стоящий на коленях в грязи, истекающий кровью, но непоколебимый в своих убеждениях.

Наньгун Сы.

— Уходите! — яростно взревел Наньгун Сы.