Завтрашний царь. Том 2

Так и не довелось намотать её на кулак, как когда-то мечтал, но жалеть ли? Глупо из прихоти ломать такое годьё…

Он почему-то вспомнил цепочку, подаренную девке кровнорождённым. Дурища числила своим заступником дикомыта. Не ведала, чьей милостью на свете живёт.

В сердце заворочался тяжкий глухой гнев, но Лихарь умел с ним справляться. Надейка тёрла краски на картину о Ветре, благословлённом Владычицей. Прочее не имело значения.

Он смутил воронят, внезапно спросив:

– Тварей, на столе сущих, мне назовите.

– Рыба сия, – начал Ирша, – есть исчадие киянских пучин, редко покидающее привычные бездны…

– Имя ей смоляной угорь, – подхватил Гойчин. – «Роспись полезному и бесполезному» велит оставлять его в пищу чайкам, даже когда нет никакой иной снеди.

– Ещё о чём умолчали? – спросил Лихарь безо всякого перехода. У них перед глазами плавала страница из «Росписи», и он пояснил: – Семью отступника видели?

Воронята опять не посмели переглянуться.

– Видели, – сглотнул Ирша. – Лыжи верстают, на купилище возят, тем живы.

Они-то думали, грозящая тень отодвинулась от Пеньков… Они ошибались. Крадьба была самым безобидным, что мог донести Лихарю матёрый подсыл. Про встречу с Жогушкой воронята заговорили бы лишь при сугубом расспросе. О его брате, царственном витязе, – только на пытке. А про плетежок, вручённый Хотёном, до последнего запирались бы и у столба.

Они молча ждали изобличений.

Лихарь так же молча прохаживался туда-сюда.

Исписанная берёста лежала у пузыря и была ядовитей жабы, заключённой внутри.

Остановившись наконец, Лихарь вдруг улыбнулся:

– Я увидел, что у Владычицы есть двое толковых детей. Вы честно выполнили орудье и без задержки вернулись.

Воронята неслышно выдохнули. Неужели можно помыслить о поварне, о знакомом лежаке в опочивальном чертоге?.. Последние сутки они бежали на тощее брюхо да без ночёвки.

А Лихарь продолжал:

– Вы заслужили награду. Ступайте к державцу, пусть угостит вас по-праздничному, но не сверх сыта. Ибо велю вам вновь встать на лыжи и бодрыми ногами бежать к старухе Шерёшке, ждать поезда с новыми ложками. Поезд медлителен… как встретите, у вас будет несколько дней, чтобы вернуться с ним в крепость. Хочу вашими глазами узреть долю крови, собранную Хотёном. Донесёте мне после, кто там годьё, кто говно.

Воронята вскинули головы. Обоим казалось, будто им, уже шагнувшим в клетку, вновь даровали свободу. Пускай совсем ненадолго.

Два костлявых кулака вмялись в пропотевшие шерстяные рубахи.

– Волчий зуб, лисий хвост во имя Владычицы!..

– И пусть вас державец понарядней оденет, – довершил Лихарь. – Негоже вчерашним мирянам в ваших лохмотьях дырки считать.

Когда орудники скрылись за дверью, Лихарь положил книгу и несколько раз прошёлся от стены до стены.