Завтрашний царь. Том 2

Зачем? Власть – драгоценный мёд, его не зобают на бегу, его смакуют по маленькому глоточку, им упиваются…

Мгла остановился, испуганно озираясь. Жалко вскинул локти, выронив добытую кугу.

– Жить хочешь ли, стервень? – зловеще прошипел Радослав.

Раб съёжился, оседая на колени. Заслонился руками в свисающих нарукавниках:

– Доб… рый… гос…

Костыль шлёпнулся в сырой мох. Кощей поворачивался туда и сюда, не знал, отколь ждать удара. Молодой Радиборович, глумясь, выставил ногу в хорошем сапоге:

– Набегался я за тобой, страшило, обувку всю изодрал. Зализывай!

– Пока лизуна не дали, – грозно добавил Кокша.

Менёк весело подбоченился. Складные речи у него не особенно получались, зато на кулаках он, косая сажень, стоил обоих приобщников, и все это знали.

Мгла торопливо закивал…

Покорно склонился…

А что произошло дальше, они просто не поняли. Не успели.

Раб, униженный до земли, внезапно крутанулся волчком, только гунька взвилась. Правая нога выхлестнула с разворота, босая пятка въехала Меньку под дых. Удар был лютый. Королобого сломало в поясе, отшвырнуло.

– Ах ты, отброс!.. – завизжал Кокша. – Братку моего!..

Мгла успел отскочить, стелясь по земле, как люди не могут. Старший Карасёнок кинулся яро, дубинка рванула воздух со свистом. На что падёт, размозжит! Руки с гунькой вымахнули навстречу, сбивая удар… Кокшу развернуло, накидка раба перевилась с рогожным плащом…

Дубинка улетела вперёд, кружась и гудя…

Обизорнику заплело руки узлом.

Уронило спиной на выставленное колено…

Что-то хрустнуло, слышно, жутко, и Кокша обмяк. Даже не вскрикнул.

Радослав, гневно устремившийся карать буйного раба, с разгону сделал ещё шаг или два… остановился… попятился…

«Бежать!!!»

В этот миг он вдруг понял свои прежние неудачи. Забавный калека на самом деле был смертью. Он просто оказывал свою суть лишь теперь, когда, распробовав силу, обизорники вздумали убивать. Озарение пришло слишком поздно. Молодой купец рванул наутёк, но Мгла, привстав, метнул ему в ноги верёвку с двумя привязанными камнями. Радослава подсекло, он упал… скверно упал. Правая рука, выброшенная вперёд, пришлась по торчащему корню и отнялась напрочь. Сломал? Просто замлела? Всё то же нутряное чутьё тоскливо-уверенно подсказало: больше не встанешь.

Кощей подошёл, хромая.

Радослав забился, брыкая спутанными ногами и неловко ища нож левой рукой.

– Что нужно тебе? – тряским голосом спросил он раба. – Лодку забирай… порты крашеные… перстни…

А мысль стремилась вперёд. Теперь всему конец. Теперь выплывет, кто обизорничал, и поди оправдайся. Осталось только бежать, пока не ввергли в поруб для торжественной казни. Бежать… голым, босым, но живым!!!

Раб улыбнулся. Ох, улыбка была…

И вдруг молодого купца осенила бешеная надежда.