Ты только попроси

Я поднимаю трофей и понимаю, что мне очень хотелось бы, чтобы здесь был Эрик.

37

Обратная дорога в Херес весела и приятна.

Я умираю со смеху от анекдотов, которые травят отец и его друзья. Какие же удивительные эти черти! По приезде в Херес Фернандо настаивает на том, чтобы выпить со мной стаканчик за победу и в качестве извинений. Я отказываюсь и, подъехав к дому отца, не переодевшись, спускаю мотоцикл с прицепа, хватаю кубок и мчусь на виллу, где меня должен ждать Эрик.

Подъехав к воротам, звоню, и через пару секунд открываются огромные белые решетчатые двери. Добавляю газу и поднимаюсь по дорожке, окруженной пиниями. Вдалеке вижу дом и Эрика. Похоже, он разговаривает по телефону. Добавляю скорость, плавно вхожу в поворот и резко разворачиваюсь. Вокруг поднимается пыль. Я гордо поднимаю кубок:

– Ты его пропустил. Ты пропустил мой триумф.

Эрик остается серьезным, выключает телефон, разворачивается и входит в дом."

"Шокированная его жесткой реакцией, встаю с мотоцикла и следую за ним. Мне тяжело на душе, когда он замыкается. По дороге оставляю на столе перчатки и шлем. Эрик на кухне пьет воду. Надеюсь, что он не будет упрекать меня.

– Как ты мог уехать, не предупредив меня?

– Ты была слишком занята.

– Но, Эрик… я хотела, чтобы ты там был.

– А я хотел, чтобы ты не совершала безумств.

– Эрик… послушай…

– Нет. Послушай ты. Если тебе снова понадобится ехать и прыгать на своем мотоцикле, то на меня можешь не рассчитывать, понятно?

– Лааааадно… Не сердись. Не будь как ребенок.

Эти слова ранят его, и он еще больше злится.

– Я тебе сказал, что не хочу, чтобы ты подвергалась опасности, но ты продолжала играться, не задумываясь о том, как я себя чувствовал. Ты могла умереть у меня на глазах, и я ничего не смог бы сделать, чтобы это предотвратить. Ради бога, как ты можешь быть такой безответственной?

Он отходит от меня. Кажется, он перегибает палку.

– Я не безответственная. Я прекрасно знаю, что делаю.

– Да, конечно… я в этом ни капельки не сомневаюсь. И в довершение всего я должен мириться с этим Фернандо.

– Э, нет… дудки, красавчик! – в ярости выпаливаю я. – Мне, конечно, не нравится, что ты упрекаешь меня за мотогонку, но это я еще могу понять! Но если ты собираешься упрекать меня за то, что наговорил Фернандо, то нетушки!

– Этот недоумок сказал «Наша девочка!», – сердито бормочет он. – Он постоянно высказывал едкие комментарии. И если я не врезал ему по морде, то только из-за уважения к твоему и его отцу, в другом случае я бы… Ты говорила, у тебя с ним что-то было. Между вами до сих пор что-то есть?

Я не отвечаю. Я не собираюсь признаваться ни в том, что Фернандо знает кое-что об Эрике, ни в том, что было между нами, но Эрик настаивает:

– Отвечай мне, что у тебя было с этим типом?

– Кое-что.