Ты только попроси

Он не улыбается, я же не могу сдержать улыбку.

Меня зовет отец. Пора выезжать на трассу. Быстренько целую Эрика, спускаюсь с ящика, отпускаю его руку и бегу к мотоциклу. Отец заводит двигатель и пару раз газует. Я визжу от счастья и переполняющих меня эмоций, а у Эрика все сильнее и сильнее хмурятся брови.

Через десять минут я уже на трассе вместе с другими участниками. В воздухе витает адреналин. Я подпрыгиваю и гоняю, не отдавая себе отчета об опасности. Мотогонка – это сочетание скорости и ловкости, и это меня заводит.

Я всегда была безрассудной сорвиголовой, пацаном, о котором мечтал мой отец. Скольжу на крутом повороте, прыгаю по глубоким лужам, не сбавляя скорости, и мой костюм покрывается грязью, а адреналин ускоряет движения. Я понимаю, что в этой гонке у меня хорошие позиции, и в первом заезде я оказываюсь среди первой четверки.

Эрик белый как мел. Он еле дышит после того, как увидел, что я вытворяла на трассе и как сталкивались другие участники. Но некогда разговаривать, пора идти на второй заезд. Я с успехом прохожу в последующие заезды до тех пор, пока не остается шесть участников.

Отец, Лусена и Бичаррон кричат как сумасшедшие, регулируя и налаживая мой мотоцикл. Фернандо, эксперт мотогонок, дает мне инструктаж относительно других участников, и я внимательно его слушаю. Все они в курсе, что я знаю свое дело и могу выиграть призовое место. Но я не могу найти Эрика. Куда он подевался?

– Смугляночка, – говорит отец, – Эрик уехал в Херес.

– Что?! – спрашиваю я, пораженная.

– Что слышала, дочка. Он сказал, что лучше подождет тебя на вилле. – И, приблизившись ко мне, шепчет: – Дочка, этот парень ужасно провел время. Сейчас я пытаюсь понять, было это из-за твоих прыжков на трассе или из-за Фернандо и его любезностей.

– Пааааааапа, – с упреком говорю я.

Но разговоры отложим на потом, начинается новый заезд, и мне пора выезжать на круг. Трудно сконцентрироваться, я почти на грани взрыва. Эрик уехал, и я вне себя от ярости. Дают сигнал о начале гонки, и я вылетаю, словно стрела. Перепрыгиваю один холм, второй… третий, скольжу, добавляю газ и преодолеваю несколько луж подряд. Наконец прихожу к финишу второй, взвизгивая от счастья.

Отец, Лусена и Бичаррон подбегают меня обнимать. Я вся испачкана грязью, но это их не останавливает. Я снова их потрясла. Когда они меня отпускают, Фернандо слишком импульсивно меня обнимает.

– Поздравляю, прелесть моя! Ты самая лучшая!

– Спасибо, и отпусти меня.

– Почему? Разве Эрику не нравится делиться своими женщинами?

– Отпусти меня, бестолковый, или клянусь, что сейчас тебе врежу, – раздраженно ворчу я.

Через пять минут я с наслаждением смотрю с пьедестала на отца и своих болельщиков, гордящихся моей победой.