Только она

Женщине, что когда-то в одночасье бросила мужа-придурка и ушла с дочерью в неизвестность. Женщина, которая пахала, как Папа Карло, зарабатывая деньги, чтоб оплачивать лекарства и походы к психологу своей дочери. Женщина, которая жила ради своего ребенка, а войдя в новую семью, полюбила и меня. Не родного, здорового кабана, больше самой женщины почти в три раза. Она отдавала себя саму всем нам. Она держалась из последних сил ради дочери. Она ставила ультиматумы будущему мужу, беспокоясь о пасынке, о его счастье. Эта женщина не может так просто уйти из жизни, из нашей жизни.

Мое хождение от стены до стены остановила открывающаяся дверь.

— Вы можете пройти в палату к Виктории. — сказал дядя Валера. И мы все поняли то, что он не договорил. «Попрощаться».

На какие-то пару секунд нас его слова заставили замереть. Но спустя мгновения, я помогал Аде подняться с постели и обуться. Дядя Валера проводил нас в операционную. Ее даже не увезли отсюда. Отец остановился в дверях и замер, будто истукан. Ада бросилась к матери, обнимая, целуя, шепча слова о том, как она ее любит.

— Пап? — тихо позвал я, подойдя к нему поближе.

— Я не могу, Дань. Не могу попрощаться с ней.

— Ты должен. Должен. — твердо произнес я, не уговаривая, почти приказывая. Я понимал, осталось не так много времени, и он всю жизнь будет страдать, если сейчас не попрощается с ней.

Больше не говоря не слова, подошел к женщине со стороны ее дочери.

— Вика…

— Дань,… спасибо тебе… — с трудом произнося слова, говорила Виктория.

— Тебе спасибо… — положив руку на плечо мелкой, посмотрел на нее, а после вновь на мачеху. — За все спасибо, Вик. И… — пришлось сглотнуть ком в горле, чтоб не показывать своих истинных чувств, потому что они сейчас не к чему. — я обещаю тебе.

Она смогла кивнуть только на мои слова. Главное, что мы поняли друг друга.

Подошел папа, взял руку жены в свои. Прикоснулся к ней губами. Виктория смогла даже улыбку выдавить из себя для мужа. По щекам отца текли слезы, и он не скрывал этого.

— Я не смог… — падая на колени перед операционным столом, на котором лежала Вика, закричал батя. — Не смог уберечь тебя. Все из-за меня. Прости меня. Прости меня, любимая. Что я наделал?

— Люблю тебя… — тихо-тихо, я бы и не услышал, не стой я настолько близко. Она посмотрела на нас на всех. Пытаясь улыбнуться дочери, которая дрожала в моих руках и ревела навзрыд. — Люблю вас всех…

— Мамочка…

— Вика…

Крик отца и Ады и длинный бесперебойный сигнал,… который оповестил нас о том, что эта хрупкая, рыжая женщина с красивыми зелеными глазами, покинула нас навсегда.

Глава 14

Наше время

Адель

— Ну, что? Сдала свои экзамены? — спросил папа, как только я переступила порог дома.

— Да.