Только она

Я смотрел на него и пугался каждого мимо проходящего шага за дверью палаты. Я боялся, что сейчас зайдет медсестра и скажет, что Вика умерла. Что не выдержало сердце. Это чувство внутри, когда сжимается каждый орган, каждая поджилка, и ты не находишь себе места.

Я смотрел на кроху. На мою маленькую девочку. Которая лежала на белых простынях, подобно восковой куколке. Я даже не представлял, что будет, когда она придет в себя. Хотелось, чтоб она проспала все то время, что нужно для того, чтоб… боль не прошла, нет. Она не уйдет никогда. Боль от потери самого близкого человека. Просто… просто отошла, на глубину души, чтоб не болело так остро и резко, когда хочется разорвать грудную клетку и вырвать сердце со всеми его потрохами. Но это не возможно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Спустя минут сорок, Адель все же пришла в себя. Тяжело выходила после успокоительных. Открыла глаза и тут же нашла меня взглядом.

— Мама? — прошептала она. Отец дернулся было к ней, но остановился.

— Маленькая, тихо, тихо. — Подошел к ней, взял за руку и почувствовал, как она дрожит, но сжимает в ответ так же сильно. — Сейчас операция идет. Ее оперирует лучший хирург. Успокойся. Нам остается только ждать.

— Хо… хорошо…

Я не знаю, о чем думал батя, стоя к нам спиной и глядя в окно на улицу. На ней сейчас сыпал снег. Крупными такими хлопьями. Он ложился на землю и не таял. Не было видно дальше метров десяти, потому что снег был настолько интенсивный, что от переизбытка белого в глазах бегали звездочки. Но отец, наверное, и не смотрел на снег. Смотрел сквозь него. Возможно, вспоминал, как познакомился со своей женой, возможно, их первое свидание или первый поцелуй. А может, день, когда привез ее к себе домой. Или их свадьбу. А может, тот день, когда узнал, что у нее рак…

Ада смотрела в потолок и почти не моргала. Ее мысли, к сожалению, я тоже не мог прочесть. Но на нем не отражалось ничего. Казалось, она даже и не думает сейчас, просто находится в прострации…

Я же… я же вспомнил слова Вики.

«Береги ее».

Большие испуганные глаза мачехи, так похожие на глаза моей крохи."

"Было желание разорвать мир на части, но сделать все возможное, чтоб спасти эту женщину. Почему-то именно сейчас хотелось перевернуть все вверх дном, но что-то делать. Бежать, узнавать, искать… не важно, что… просто хотелось действий.

Я отпустил руку Ады и заходил по палате из стороны в сторону. Девушка удивленно на меня посмотрела. После оглянулся в недоумении и батя.

Я же не мог унять себя. Почему не было предложений по пересадке сердца? У нас же есть деньги. Иногда можно купить даже здоровье. Но не позволить умереть Виктории.