Только он

По мере продвижения вверх воздух становился все прохладнее, ветер все неприятнее. Виллоу подтянула завязки у шляпы и глубже угнездилась в седле. Мимо мелькали деревья и видно было, как позади земля уходила вниз. Лошади дышали тяжело даже тогда, когда шли шагом. Наконец они вскарабкались на уступ горы, вершина которой скрывалась за завесой тумана и дождя.

Калеб достал из сумки бинокль в латунной оправе и посмотрел назад. Виллоу остановила Измаила рядом с Калебом У нее захватило дух, когда она увидела перспективу, открывающуюся с облюбованного Калебом наблюдательного пункта. Местность казалась совершенно пустынной. Над лесом не было видно ни дымка. Ни дорожного фургона, ни всадника. Ни построек, ни вспаханных полей. Ни ствола, ни пня со следами топора.

— А это что? — спросила она, заметив темный след на светлом лугу в тысяче футов внизу.

— Это семь лошадей истолкли траву, — мрачно сказал Калеб. — Даже если те два типа где-то потеряют наш след, они смогут найти его снова на лугу. Кстати, нам повезет, если не нарвемся на ютов. Обычно у меня не было с ними проблем, но и приманки в виде нескольких лошадей тоже не было.

— Я не совсем понимаю… — В голосе Виллоу прозвучала тревога. Она не подозревала, что в этой стране любой след можно было сравнить с пожаром, который мог погасить лишь сильный ливень.

Калеб опустил бинокль и посмотрел на обеспокоенное лицо молодой женщины, которая находилась так близко, что было слышно ее дыхание. В неясном утреннем свете ее глаза казались серебристыми. Губы ее походили на нежную розу, чуть обветренные щеки слегка румянились, а косы были цвета солнца, которое сейчас скрывалось за тучами. Калеб попытался представить себе, как будут выглядеть эти волосы, если их рассыпать по обнаженным плечам.

Молча обругав себя за неумение управлять страстями, Калеб сложил бинокль и пустил лошадь вперед. Выбранный им маршрут пролегал через лес, окаймлявший луга, и перелесье, которое Виллоу не ожидала встретить в этой дикой стране. Окружали их окутанные облаками горы, которые с каждой милей все круче вздымались вверх. Здесь и там по склонам сбегали, кипя и пенясь, бойкие ручьи

Вскоре дождь разошелся не на шутку. Виллоу поначалу обрадовалась, надеясь, что потоки воды смоют их следы, но затем пришла к заключению, что их продвижение сильно замедлится. Ехать в ненастье по накатанной и в общем-то ровной деревенской дороге — это одно дело, и совсем другое дело — карабкаться по крутому каменистому склону.

Плотный шерстяной жакет Виллоу долго не пропускал воду, но в конце концов промок и он, равно как и джинсы. Вода стекала с полей ее шляпы на седло. Нижние ветви деревьев вносили свою лепту в то, чтобы осложнить жизнь, при малейшем прикосновении изливая на путешественников потоки воды.