Только для нас

— Выпей, — подталкивает мне Кабан рюмаху, оставляя на стекле жирные отпечатки пальцев.

— Спасибо, за рулем, — спокойно отказываюсь я."

"— Деловой… — усмехается Кабан, оглядываясь на шашлычника Ису, и тот, подхватившись, тут же приносит еще водки.

На часах десять утра, с какого перепуга Кабан в такую рань начал заливаться, непонятно. Стресс, что ли? Так обычно он его по-другому снимает…

— Как дела? — задает вопрос Кабан, даванув еще одну рюмаху.

Я смотрю, как дергается его кадык, практически незаметный на жирной шее, киваю:

— Все нормально. Отчет же у тебя в почте.

— Да… Видел… Все по делу, молодец… А так… В общем?

Я не могу понять, чего от меня ждет Кабан, напрягаюсь. Хотя, вроде, не из-за чего вообще.

У меня ведь реально все хорошо. Бизнес идет, автомастерские, сервисные центры, раскиданные по всей области, работают исправно. У Тима тоже, насколько я в курсе, все в ажуре. Он смотрит за магазинами автозапчастей, объединенными под общим брендом “Механик”. Эти магазины тесно связаны с мастерскими, через них идет нехилый трафик, если вы понимаете, о чем я.

Но у нас все легально, комар носа не подточит… А если вдруг решит подточить, то у нас и пауки имеются… Прикормленные и до комариков залетных охочие.

Конкурентов по области нет, все спокойно и хорошо…

— Все нормально… — осторожно отвечаю я, приглядываясь к красной роже Кабана, — а что? Есть вопросы по нашей работе?

— Нет, — он смотрит тяжело, вымораживает, — по вашей — нет… А вот проблемы могут нарисоваться… Ходят слухи, что Москва к нам сильно хочет… Сеть “Колеса.ком”, слышал?

Киваю. Кто ж не слышал? Агрессивные ребята, резкие. Заходят в регион и через некоторое время всех частников, более-менее серьезных, вышибают…

Значит, к нам добрались… Нихера себе…

— Их казачок тут шароебится, говорят… — продолжает Кабан, — а мы и не в курсе… А?

— Что делать будем? — я не собираюсь играть тут в угадайки. Если Кабан со мной про это говорит, значит, точно казачок в городе. И он светанулся на свою беду.

— Решать вопрос, Ванечка, — смеется Кабан, и его жирные губы блестят, словно падалью обмазанные, — жестко решать. Чтоб никто даже не думал, что к нам можно так просто зайти…

Ебать…

Волосы на загривке шевелятся от тона Кабана. Он ведь не шутит, нихера не шутит. Поднявшийся в кровавые девяностые, когда мы с Тимом еще пешком под стол ходили, он даже задумываться не будет, если вдруг решат посягнуть на его собственность. А тут, в грооде, все в его собственности. И ментовка в том числе.

Ему ничего не будет стоить развязать кровавую бойню в стиле любимых им девяностых и заселить старое кладбище новыми жильцами.