Только для нас

Слышу сдавленное рычание Тима, а затем меня резко дергают вниз, так, что сползаю с груши на пол… Прямо на Тима.

Он легко насаживает меня на себя, сразу и до упора.

Ванька не выпускает, оставляя губы в покое и принимаясь целовать шею, плечи, нервно сдирая остатки многострадального платья со спины.

Я опять между ними, опять ощущаю голую кожу… Своей обнаженной. Когда успели раздеться?

Когда успели меня раздеть?

Куда потерялись эти мгновения? Эти минуты?

Я никогда этого не выясню, похоже…"

"Тим легко подбрасывает меня бедрами, придерживая за талию, с каждым завершающим движением насаживая плотнее, до легкой, будоражащей боли, а Ванька без остановки и возможности затормозить целует шею, плечи сзади, скользит пальцами по груди, грубовато трогая соски, заставляет в итоге опереться себе на грудь, и теперь я смотрю вниз, туда, где наши с Тимом тела соединяются, где скользит его член, мокрый, напряженный… И это настолько дико, пошло, животно, а голос Ваньки, беспрестанно шепчущего мне в ухо, какая я нереальная, красивая, желанная, самая, самая, самая… Это все сводит с ума, это все безумно плохо, порочно, дико, но четыре руки на моем теле так правильны, так нужны сейчас, как и темные глаза Тима, внимательно наблюдающего за моим лицом, и жаркий шепот Ваньки, вызывающий мурашки по голой коже, и их горячие, обжигающие просто губы, и мерный, вечный, как сама природа, ритм наших сплетенных тел…

Это что-то запредельное.

Это невозможно вынести.

И я не выношу в итоге.

Просто отключаюсь в какой-то один момент, закрываю глаза, погружаюсь в происходящее с головой, словно в омут ныряю…

И умираю от продирающей тело волны невозможного, самого сладкого, самого порочного на свете удовольствия…

Я даже не помню, чем у нас все закончилось в этот раз, настолько выносит из этой вселенной.

Прихожу в себя уже в кровати, укрытая темным покрывалом, зажатая с двух сторон горячими твердыми телами своих любовников.

Сейчас это слово в голове звучит совершенно логично и без внутреннего царапания.

И это совсем не прогресс.

Это падение.

Глава 21. Ванька. Сейчас

Есть такая поговорка, что начальство нам нужно для того, чтоб жизнь не казалась сплошным светлым праздником.

Кабан, надо сказать, полностью под эту мудрость народную попадает.

Почему Кабан?

Потому что.

В городе все знают, почему, а если у пришлых возникает неожиданный и дурацкий интерес, мало у кого находится желание их просвещать, что не стоит задавать ненужных вопросов… Хотя… Любые вопросы можно задавать. Один раз. Это как грибы любые можно жрать. Тоже один раз.

Короче говоря, в числе особых умений Кабана значится потрясающее чувство момента. То есть, момент для разговора он выбирает всегда максимально неудобный для собеседника.