С мейсе Райкконен что-то не так

Боги, так, может, действительно всё дело в этом! И если проклятие можно наложить, то можно и снять! У меня ведь не всегда это было! По крайней мере, не так часто, как в последнее время! Даже если нельзя снять, то можно ослабить! Господи, да ведь я смогу зажить нормальной жизнью! У меня аж сердце радостно забилось от таких перспектив. Но тут поганец снова всё испортил.

– Вот только насколько я ви… Насколько мне думается, проклятья на тебе всё же нет.

– Как нет? – переполошилась я. – Должно быть! Наверняка это сводные сестрицы с мачехой на меня наслали. В Брадстанне-то маги посильнее наших.

– Вот так нет, – не согласился Эрик. – Что это за проклятье такое, чтобы твои пожелания сбывались? Причём не каждое и не всегда. Я ведь правильно суть твоих способностей понимаю? Ты не можешь их контролировать. У них нет логики. А проклятия так не работают.

– Может, всё же богиня? – с надеждой спросила я. – Богиня хаоса, например.

Эрик покачал головой.

– Ещё кое-что спрошу, Уна. Ты сутки пролежала в кровати, не способная пошевелиться. Лишалась зрения. Летала. И как-то сказала, что себя не пощадишь, но проклянёшь меня так, что мало никому не покажется. Это ведь не случайно с тобой происходило? Только после очередного твоего «колдунства»? Причём ты знала, что с тобой что-то произойдёт, раз готова была себя не щадить?

И это подметил, поганец. И все ниточки в единое полотно связал. Скоропут меня знал четыре года, но о моих странных способностях лишь догадывался. А о том, что от них ещё бывают последствия, даже не подозревал. А тут вдруг доверилась сомнительному заезжему красавчику, в чьих объятиях сейчас нежилась, испытывая сытое удовлетворение и небывалое спокойствие…

«Э-эй! А, может, потому и уложил в постель, чтобы все мои секреты выведать?» – мелькнула тревожная мысль. Да нет, глупость какая… Зачем бы ему сдалась странная девица, знакомство с которой началось со случайного секса? С какой целью он ни приехал бы из столицы в нашу глушь, а я тут лишь случайное попутное развлечение. Мысль эта обидной не была. Если быть честной, я тоже рассматривала Эрика как приятное кратковременное приключение.

Да к чёрту. Раз уж начала…

– Я это «обратками» называю, – тихо поведала я.

У моего «колдунства» всегда случались последствия. В них не было ни смысла, ни закономерности. Однажды я спасла ребёнка от бешеной собаки, проорав в сердцах, чтобы та убиралась к своим же собачьим чертям. А на следующий день – и на последующие два месяца – меня обсыпало неведомой сыпью, с которой даже маглекари не смогли справиться. Боги, как же оно чесалось…

Паралич или временная способность летать (которую я так бездарно профукала в прошлый раз) меня уже не удивляли. Иногда в последствиях присутствовала логика, но чаще нет.