С мейсе Райкконен что-то не так

Не станем же мы обвинять её сиятельство в незнании фигур этого танца…

Да я знать не знаю, куда там поворачиваться положено! И в какой момент. Я никогда сама полонез не танцевала. Только смотрела издалека, как мои сёстры его разучивают. И сейчас тоже просто повторяла за соперницей. Я понимаю, что у благородных девиц на уровне подсознания вбито, куда нужно поворачиваться в этом танце, но я-то действительно этого не знаю! Ибо обучать меня танцам не было никакого смысла…

– Первая кровь за графиней Стефен-Дари, – объявила судья и подняла на всеобщее обозрение руку брюнетки. На её перчатке алели четыре аккуратные точки. – Дуэль окончена! Претензии графини фон Эдвиг как проигравшей стороны признаны необоснованными и удовлетворению не подлежат. Также графиня фон Эдвиг лишается права на дальнейшее участие в отборе, ибо настоящим уроженкам Альматы неведомо поражение и они никогда не вступают в бой, не будучи полностью уверены в своей победе!

Девицы ахнули, а громче всех – граф фон Эдвиг, что, кажется, был готов задушить чересчур инициативную дочку собственными руками.

– Поздравляю. И простите, что так грубо выдернула в конце, – тихо шепнула мне баронесса д’Эртенгель.

– Если бы не вы, мне бы горло перерезали, – так же тихо ответила я. – Как вы можете ещё и извиняться за это? Это я перед вами в неоплатном долгу.

Когда я протянула ей одолженный веер, она лишь покачала головой:

– Оставьте себе. Это подарок. Мы ведь с вами теперь будем подругами. Осталось найти ещё двух.

– Спасибо… Скажите, спицы хотя бы не были отравлены?

– Боги, за кого вы меня принимаете? – округлила глаза баронесса. – Всего лишь экстракт продуванчика. Ну, почихает да посопливит пару недель…

– А вы мне нравитесь, – улыбнулась я. И призналась: – Буду честна с вами – мне место при дворе не нужно. Я вам не соперница, так что окажу вам ответное содействие на отборе. И если вы всё же уедете в столицу и судьба нас разведёт, то я буду рада знать, что где-то далеко у меня теперь есть подруга. У меня ещё ни одной раньше не было.

– Не торопитесь прощаться, графиня, – улыбнулась баронесса д’Эртенгель.

– Благородные мейсе! – снова заговорила та немолодая дама, а стоящий рядом маг из ассоциации усилил её голос на весь зал.

Как подсказала моя новая подруга, это была сама герцогиня Шальтеир, супруга мэра и председательница общества благородных мейсе Альматы, что разобрали деточек из приюта. И, да, они с супругом действительно удочерили девочку на днях. Одиннадцати лет. Хотя наверняка там были сиротки и постарше – подходящего для отбора возраста. Я посмотрела на неё заново с уважением.

– Возможность отправить придворных дам в Этернаполис – великая честь для Альматы, – продолжила она.