С мейсе Райкконен что-то не так

Я бросила взгляд на гладкую поверхность, но ничего лишнего зеркало не отражало: только то, что было в комнате. Магией не сияло, а само по себе артефактом точно не было – такую драгоценность отец бы сразу забрал. Нет, мне точно нужно поработать над доверием… Ну, подумаешь, сам с собой говорил. Ну не с принцем же своим распрекрасным… А даже если его принц маг или же он попросил какого-то мага наладить контакт с поганцем, то как бы они узнали, где именно и в какой момент можно с ним связаться? Да нет же, бред…

– Хотела, чтобы я спинку тебе потёр? – подмигнул поганец и стянул с меня полотенце.

На том мои подозрения и закончились. И лишь когда я, уставшая и разморённая, начала проваливаться в сон, внутри вновь заворочался червячок сомнений.

В спальне был полумрак, когда я вышла из ванной. Наверное, зрение подвело и мне это лишь показалось… Но когда я подошла к зеркалу, а Эрик стремительно отошёл от него, я мельком успела увидеть его фигуру в смазанном отражении. Может, игра теней или ещё что…

Но поганец был в светлой рубашке.

А его зеркальный двойник – в тёмной.

На западной окраине Альматы собралась чуть ли не половина её жителей. Три главных въезда в город своевременно чистили от иномирной поросли и зарастать им не позволяли. Зато на остальной периферии растунции чувствовали себя вольготно, чётко очертив границы города. Как только выяснилось, что новый благодатный климат явился прямым следствием появления этих зарослей, то даже указ издали, запрещавший выжигать растунции на окраинах.

Они и разрослись до такой степени, что местный народ с придыханием и уважением начал употреблять слово, для местной степи ранее неприменимое – «лес». Северяне, привыкшие к непролазным кущам и соснам высотой до неба, конечно, посмеялись бы. Минуту или две, пока не сунулись бы в наши заросли. А вот те же виндейцы наверняка поостереглись. Говорят, их джунгли тоже опасное местечко, но с нашим Диколесом, конечно, не сравнятся.

Диколес опоясал Альмату вроде бы неширокой полосой, всего метров десять в ширину. Но то ли растунции там росли особо забористые, то ли пространство в нём подчинялось другим законам, но факт остаётся фактом: можно войти в Диколес и идти только по прямой, но пройти пару километров, прежде чем выйдешь из него в родную полустепь.

Последние два дня я натаскивала виконтесс Варинс на знание растунций. Что, какие, с чем едят… Те с выбором так и не определились, а продолжили собачиться и устраивать друг другу мелкие пакости. Лично я делала ставку на самую старшую, Примулу: она лучше всех знала собственных сестёр, а младших ещё и воспитывала.

Агата, разбиравшаяся в предмете гораздо лучше меня в силу своего пытливого ума и коммерческой жилки, занималась тем же самым с Жоржиной и Глицинией.