Ткань наших душ

Страдаю из-за того, что моя мать заставляла меня в детстве играть в точности так, как меня учили, быть вундеркиндом, каким она так отчаянно хотела меня видеть. Я до сих пор держу на них обоих такую же темную и зловещую обиду, как и облака на улице.

Потому что меня всегда было недостаточно, я никогда не была тем золотым билетом в жизнь, к которому они стремились.

Тогда я впервые поняла, как жестока может быть жизнь. Как легко потерять любовь хранителей моей души.

Легко меня отвергнуть как ненужную.

Лиам заканчивает свою песню и поворачивается на скамейке лицом к остальной группе. Он избегает моего взгляда, когда стоит, преувеличенно кланяется, а мы все аплодируем ему. Лэнстон толкает меня локтем и бормочет:

— Чертов король драмы.

Его голос затихает, когда он смотрит на меня.

Слезы до сих пор катятся по моим щекам, и их невозможно остановить.

Я не плакала много лет… То, что Лиам играл от души, так свободно, было как пуля в грудь. Никакие оковы не удерживали его музыку от мира.

Она дошла до меня.

И мне… грустно.

Это ощущение настолько же болезненное, насколько и освобождающее. Когда я эмоционально отстранена, все проще, потому что ничего не имеет значения.

Даже если я умру, это не будет иметь значения. Но когда горе проникает в мои кости, я становлюсь более меланхоличной в определяющие моменты своей жизни, чем когда-либо считала возможным."

"Лиам поднимает голову, и его глаза останавливаются на мне. Его брови обеспокоенно хмурятся, когда он подходит ко мне, берет меня за подбородок и поднимает его, чтобы я посмотрела на него. Подушечкой большого пальца стирает слезы с моей щеки, а затем бормочет:

— Я до тебя достучался?

Он нежно касается меня. Это первый луч тепла, который он мне подарил.

И это меня тоже очень расстраивает.

— Да, тебе удалось.

XIV

Уинн

Елина и Поппи лежат в джакузи по самую грудь.

Честно говоря, я даже не знала, что в «Харлоу» есть оно.

Оно хорошее, но не обособленное, как у людей на заднем дворе. Джакузи встроено в пол и размером с небольшой бассейн.

Две женщины внимательно смотрят на меня, когда я погружаюсь в воду напротив них.

Выпускаю длинный, облегченный вздох и прислоняюсь головой к стене.

Я стараюсь не зацикливаться на том, что обо мне думают другие, но иногда это бывает трудно.

Очевидно, Елина влюблена в Лиама, и мы с ним… чертовски ненавидим друг друга, наверное.

Моя внутренняя совесть до сих пор кричит на меня за то, что я его развлекаю. Но знаете что? Мне не нужны морали о сексе в таком месте. Если уж на то пошло, я просто буду воспринимать это как еще одну форму терапии.

Я имею в виду, что так и есть. Я так думаю? Секс-терапия? Я сделаю себе заметку в голове, чтобы потом погуглить это.

В основном здесь тихо, но я подслушала кое-что, что привлекло мое внимание.