Тюрьма мертвых

Денек разгуливался, сонные люди по-воскресному, вразвалку перемещались туда-сюда, выгуливали собак, слонялись по магазинам, поправляли здоровье после субботних попоек. Солнечные июльские лучи нещадно жарили, выпаривали влагу из организма, заставляли прятать глаза; это немного нервировало, хотелось найти тень.

Магазин находился близко. Закинув в корзину блок сигарет, печенье и другую мелочевку для работы, я проскользнул в ликеро-водочный отдел.

«Все равно день потерян, Алина так и будет теперь дуться, пока я не уеду, а потом начнет писать, извиняться, только это будет уже бессмысленно до тех пор, пока я не приеду в следующее воскресенье, тогда-то все и наладится».

Я встал возле витрины с элитным алкоголем. Деньги есть, можно себя побаловать бутылочкой Jack Daniels. Схватив с полки прямоугольную тару с мутным пойлом внутри, я направился к кассе.

Неожиданно кто-то хлопнул меня по плечу и смеющимся сиплым голосом добавил:

– Эй, Олежка, здорова!

Это был Толик Петров, толстый мужичок, бывший дальнобойщик, с вечно раскрасневшейся рожей, словно он без конца сгорал на солнце.

От него всегда ужасно воняло, казалось, он не меняет одежду. Готов поклясться, что каждый раз, когда я его видел, он гулял в одной и той же полосатой футболке в жутких катышках; его волосатые медвежьи ноги до колен прикрывали засаленные бриджи. Этот мужик совершенно не признавал обувь, поэтому все лето щеголял по улицам в черных вьетнамках, выставляя на всеобщее обозрение свои страшные длинные ногти.

– Смотрю, суббота удалась. – Он жадно посмотрел на бутылку виски, которую я поставил на кассовую ленту.

– А? Да не-е, я только из командировки приехал, это так, на вечер, отпраздновать, так сказать, выходной. – Я фальшиво улыбнулся ему, пододвигая бутылку ближе к кассе.

– О, ты хде щас трудишься? – продолжал он разговор, ставя рядом с моими покупками три большие бутылки пива.

– В Кулаево, варю потихоньку…

– В Кулаево? Это как в Семеновское ехать, че ли? И чего ты там забыл? Там же вроде все развалилось сто лет назад: колхоз, деревня…

– Там тюрьма.

– В Кулаево?! Тюрьма? Ы-хы-хы-хых. – Толик сипло захихикал.

– Ну да, она там уже давно, – сказал я немного обиженно, не понимая странной реакции.

– Олежка, не надо мне п***ть. – Толик никогда не стеснялся выражать свои эмоции на людях, более того, считал это необходимым. – Я всю страну исколесил вдоль и поперек, ну ты ж знаешь, батя-то тебе рассказывал.

Я молча кивнул, разговаривать особого желания не было.

– Так вот, я знаю все тюрьмы от сих и до Урала и первый раз слышу о том, шо в Кулаево есть тюрьма. – Он самодовольно улыбнулся.

Я лишь пожал плечами в ответ. Спорить с ним и доказывать что-либо смысла не было, к тому же подошла моя очередь пробивать товар.