Тюрьма мертвых

Она ткнулась носом в мою грудь. От одежды пахло остывшим потом и кофе с корицей – любимым напитком моей матери.

– Эй, ну ты чего? – Я старался говорить как можно тише и ласковее, поглаживая рукой по голове.

– Ничего. Почему ты не звонил? – наконец спросила она дрожащим голосом.

– Я немного обиделся на тебя, просто ты как-то странно отреагировала на мою командировку, словно тебе было все равно.

– Мне все равно? О чем ты говоришь? – Она отстранилась и строго взглянула на меня красными от подступающих слез глазами.

– Ну когда я звонил, помнишь? Ты разговаривала со мной очень холодно, создавалось впечатление, что тебе плевать.

Я еще раз взглянул на нее. Господи, как же она похудела. И эти синяки вокруг глаз. Она заметила это, и теперь краснота распространилась на щеки и нос; кажется, она готова расплакаться.

– Что ты такое говоришь? Мне плевать? Мне? Как, как тебе вообще в голову такое пришло?!

– Ну… – Я чувствовал себя полным ничтожеством в этот момент.

«Может, я действительно погорячился, может, просто мне тогда так казалось, все из-за этого проклятого места?»

– Слушай, я был не прав, прости меня, пожалуйста, я не знаю, что на меня нашло, эта чертова тюрьма. Я, я просто козел, прости, пожалуйста. – Я начал целовать ее лицо, глаза, стараясь успокоить, снять незаслуженную красноту.

– Почему тебя не было так долго?

– Ты не поверишь, еще час назад я был уверен, что отсутствовал всего несколько дней, это какой-то бред! Я не понимаю, что произошло, может, они меняли дату в телефоне, пока я спал, хотя это глупости все… Я точно уверен, что не мог находиться там две недели, точно уверен. – Но я ни в чем не был уверен.

Дни в тюрьме менялись не только на экране телефона. Я также отсчитывал их, когда засыпал и просыпался.

«Помню каждую ночь или не каждую?»

– Ты мне веришь? – Я посмотрел ей в глаза, пытаясь разобраться, принимает ли она эти слова всерьез или думает, что я вру.

– Сам-то как думаешь?

– Ну а где, по-твоему, я был?

– Не знаю. – Она отстранила мои объятия и подошла к столу.

– Что это? – вдруг спросила Алина, глядя на конверт.

– А? О, кстати, это моя зарплата! – Я вдруг вспомнил о деньгах, и на секунду мое настроение поползло вверх.

Алина утерла нос и вытащила купюры из конверта.

– Это твоя зарплата? – Она повернулась ко мне, ее глаза увеличились.

– Здорово, правда? – Я гордо заулыбался, глядя на ее реакцию.

– Очень здорово, даже слишком здорово. – Она держала в руках пачку денег и, шурша банкнотами, пересчитывала их снова вслух, потом шепотом.

Я пригляделся, и мне показалось, что пачка стала больше.

– Погоди-ка, дай. – Я выхватил у нее пачку и пересчитал, затем еще раз и еще.

– Бред-бред-бред-бред. Я ни черта не понимаю, – кинув деньги на стол, я закрыл лицо руками и громко выдохнул: – Фу-ух.