Тимиредис

Того, что Ас всё-таки не выживет — от взгляда на дыру в спине с висящим розовым лоскутом лёгкого и торчащими обломками рёбер делалось жутко. Того, что мне предстоит взять половину этого ужаса на себя. Того, что заклинание не сработает — вдруг мы слишком дальняя родня? — и тогда Ас умрёт.

Подошедший Лив попытался взять меня за руку. Я косо улыбнулась:

— Говорят, всё будет хорошо. Аса будет лечить сам Владыка эльфов.

— Прости… Я тоже засмотрелся на этих дурацких яков.

Да мы все, чего уж…

Лив наклонился ближе и зашептал:

— Как думаешь, если я подойду к Императору Арденариэлю, поблагодарю за то, что он меня спас, и попрошусь на службу, он не рассердится?

— Попробуй. Думаю, ему будет приятно. Только прямо сейчас. Мы уже уходим…

Через две минуты Лив вернулся. На лице Рыжика блуждала улыбка.

— Он сказал «посмотрим». А ещё — «учись!»

Хорошо. Хоть у кого-то всё хорошо…

* * *

— Раздевайся донага. Потом прикройся простынёй и ложись ничком. Будет очень больно, но недолго. Порядок действий таков: мы вытащим Аскани из заморозки, снимем остатки щита, наложим заклинание, а потом вас обоих усыпим. И начнём лечить. А дальше уж как пойдёт.

Кивнула Тиану. Я готова.

— Вот, зажми в зубах.

Покосилась на валик кожи толщиной с палец. Ясно, чтобы не орала, отвлекая от дела, и не откусила с налёта себе язык. Ничего, вытерплю. Я привычная.

Оказалось, что нет. Слова «очень больно» не объясняли и не описывали ничего. Это было хуже, чем сунуть в огонь руку по плечо. Страшнее любого ожога и удара. Что-то невероятное, накрывшее чёрной огненной волной, заставившее выгнуться, выпучить глаза, мгновенно вспотеть. И, кажется, я кричала — только молча. А рядом — я это слышала, чувствовала — вопил Ас.

Последним, что запомнила, было то, что я падаю, падаю… Только не в небо, как всегда мечтала, а в пропасть, в черноту, в бездну.

А потом всё пропало.

* * *

«Воробей, просыпайся!»

Не хочу.

Мне такие странные сны снились. То о том, что я — уже дракон — летаю над Драконьими горами. А то вообще нечто несусветное. Сейчас, например, привиделось, что я стою то ли в маленьком магазинчике, то ли в лавке старьёвщика. За прилавком — смутно знакомый мужчина, а на стене у него за спиной — три полки. Я и спрашиваю:

— Что у вас лежит на верхней?

— Туда я кладу всё круглое.

— А на средней?

— Тут место для всего красного.

— А внизу?

— Здесь всё маленькое.

— А если вам принесут красное, круглое и маленькое, куда вы это положите?

Хозяин хитро прищурился на меня, усмехнулся, мол, как же я не понимаю очевидного?

— Конечно, туда, где есть свободное место!

Вот к чему, спрашивается, такое может сниться? Ни в какие ворота…

«Интересный сон, — хихикнул Шон, — но глаза всё же открывай! Пора уже, больше недели прошло».

Не-а. Нет сил даже поднять веки.