Тимиредис

Следом шагали несколько десятков воинов — на солнце сияли серебром наручи и стальные лезвия огромных секир…

Лорд Арден чуть прищурился. Голос заполнил площадь:

— Я, Император Драконьей Империи и Повелитель эльфов Мириндиэля, Арденариэль эрд Лооʼаллен тер Калариан, клянусь Семерыми, что всё, сказанное мной — правда! И обвиняю тебя, Ульхваттдар, во лжи и вероломстве! На этом топоре ты поклялся своей кровью, что прибывшие гости будут в безопасности? — Секира, которую конунг держал в руках, рванулась, вывернулась и, взлетев, повисла над толпой. И начала стремительно покрываться ржавчиной… кромка лезвия на глазах потемнела, стала осыпаться, как подсыхающий песок. Через минуту от огромного топора осталось одно древко, потом рассыпалось трухой и оно.

Арден уставился в упор на Могучерукого. Казалось, из глаз Повелителя летят молнии. Сейчас огромный конунг в его медвежьей шкуре казался маленьким перед высоким эльфом.

— Ты считал, что очередное душегубство сойдёт тебе с рук, как сходило уже не раз? Ты считал, что Драконья Империя простит убийство её детей? Ты считал, что Драконья Империя слаба и ничем не сможет ответить? Ты делал вид, что блюдёшь мирный договор, исподтишка нарушая его снова и снова? Вижу, пора напомнить, кто мы есть!

Казалось, фигура лорда Ардена выросла в полтора раза, голос гремел:

— Жители Арнегастхольма! У вас есть час, чтобы собрать имущество и покинуть город. Предательство и вероломство не могут быть прощены — через час Арнегастхольм будет уничтожен. А ты, — вперился в конунга, — станешь отныне зваться во всех имперских и эльфийских летописях Ульхваттдаром Клятвоотступником! Убивать мы тебя не станем, пусть тебя и твой род судят сами викинги, это — их право!

— Подтверждаю. — Из воздуха появился высокий мужчина с красивым хищным лицом. Стряхнул невидимую пылинку с рукава гранатового костюма. Прищурился на площадь: — Вы уважаете силу? Я — Властелин Небес Тер-Шэрранта, Мудрейший Шангарр АлʼЭроллд — покажу вам силу, раз вы этого хотите! Похоже, вы забыли, что такое драконы, — усмехнулся, — и сколько нас!

То, что произошло дальше, описанию не поддавалось. Шангарр поднял лицо к небу и взмыл в воздух легко и стремительно, как пущенная из лука стрела. И, поднявшись над толпой, обратился в гигантского дракона. Выдохнул столп тёмного пламени и грохотнул:

— Стрелять не советую — с каждым шутником разберусь лично!

Народ открыл рты и замер, кто где стоял. Похоже, поверили безоговорочно. Я тоже.

Гранатовый дракон ударил крыльями по воздуху.