Пограничник. Том 10: Тень \

Бледнов немного помедлил, но уступил дорогу.

Я пихнул духа в плечо.

— Пошел.

Тот неловким шагом прошел несколько метров и обернулся. Уставился на меня полуприкрытым бинтами глазом.

Я поднял на него уже ничем не скрываемый пистолет.

— Дима, руки, — приказал я Волкову.

Старший сержант торопливо подошел к душману, связал ему руки, и мы подогнали языка идти дальше.

На первом этаже мельницы было темно. Но пока Бледнов не захлопнул дверь наружу, я смог рассмотреть внутреннее убранство этого помещения.

Стены — шершавый, не побеленный и даже не отштукатуренный саман, покрытый слоем древней земляной и мучной пыли. Кое-где в углах или прямо на стенах выделялись темные пятна плесени и сырости.

Пол оказался привычно земляным, утоптанным чуть не до камня. Усеянным просыпавшимся некогда мертвым зерном. Потолок же представлял собой массивные, промазанные глиной перекрытия, поросшие густым от пыли слоем паутины.

Справа от нас оказался пустой дверной проем. Дверь, видимо, давно сняли с петель.

А влево помещение продолжалось. Оно оказалось довольно обширным.

Я видел с левой стороны несколько пар положенных друг на друга жерновов. В них сквозь отверстия в потолке вставили «мачты» мельниц. Хитрые старинные деревянные шестерни, хитроумных механизмов передавали крутящий момент силы ветра на эти большие, испещренные бороздками камни.

Здесь пахло ячменной и пшеничной пылью, плесенью, глиной и старым деревом. Воздух казался густым, затхлым и тяжелым.

В помещении было прохладно, я бы даже сказал, влажно. Это чувствовалось сразу же, стоило попасть из сухой духоты афганского вечера в эту застарелую прохладу.

Муха грубо схватил душмана за ворот кителя, потащил его к стене и толкнул под нее. Тот грохнулся под маленькое окошко, медленно зашивился, с трудом принимая сидячее положение и опираясь спиной о пыльную стену.

— Волков, закрой дверь, — распорядился Муха, — сиськи мять нет времени. Нужно быстро его допросить.

Когда замкомвзвода захлопнул дверь, внутри стало еще темнее. Лишь лучики тусклого, сероватого сумеречного света пробивались сквозь дверные щели, окошки и отверстия мачт в потолке."

"— Свет? Нужен свет, — обернулся Муха к Бледнову. — Я говорил взять с собой лампу.

Бледнов не смотрел на Муху. В проеме показалась Анахита. Лицо ее было угрюмым и напряженным. Глаза поблескивали. На руках она держала девчушку Катю.

Ребенок, увидев незнакомого мужчину, которого только что уронили на пол, захныкал. Прижался к маминой груди.

Спустя мгновение из проема складского помещения показался и Муаммар. Лицо его казалось стоически спокойным. Лишь глаза поблескивали в густой темноте мельницы.

— Вы будете допрашивать его прямо здесь? — удивился Бледнов.

— Нет, выведем свежим воздухом подышать, — съязвил Муха.