Сломанная тень

Не все ж старье донашивать!

– Вам так идет лиловый!

– Вы думаете? – кокетливо спросил Кислицын. – А я, признаться, сомневался, не слишком ли экстравагантно…

Сомнений у доктора не осталось – перед ним счастливый соперник Угарова и отец будущего ребенка Полины. Счастливая парочка, увидев друг друга, совершенно позабыла обо всем на свете. С доктором даже не попрощались, даже не кивнули напоследок. Взяв Матвея Никифоровича за локоток, Полина повела его на второй этаж.

– Мне столько надо вам рассказать! Такой ужасный день! У тетушки какие-то камни, на Марфушу напал нищий, повесился барон Баумгартен…

– Баумгартен повесился? Бог мой!

– Ваша шуба, господин доктор! – отвлек Тоннера Филипп Остапович.

– Спасибо, – печально сказал доктор и, вспомнив о Дашкине, приказал: – Поймай-ка мне извозчика!

– Что его ловить? Вон дожидается, пока кислицынское старье выгрузят! – Швейцар кивнул на окно, за которым действительно стоял извозчик.

– Отлично!

– Можно вас попросить, господин доктор?

– Конечно!

– Как доедете, этой же колымагой моего хлопчика домой отправьте. Пантелейку, казачка! Он вас у вас дожидается!

– Обязательно! Только этой колымагой никак! Я сначала к Дашкину! А уж потом непременно!

– Давайте я вам полтинник дам! Ему на дорогу!

– Что вы! Не надо!

– Дай вам бог здоровья!

Глава шестнадцатая

– Умоляю, Илья Андреевич! Князь, верно, с ума сошел! Меня шлюхой обозвал. Господи, господи, делать-то что?

– Лечить! – ответил за Всевышнего Тоннер. Он шел, вернее бежал к кабинету Арсения Кирилловича, а за ним, утирая платком слезы, еле поспевала княгиня Юлия. – Временные помрачения сознания обычно проходят вместе с отеком. Где он такую шишку себе набил?

– Гулящая девка огрела.

– Что? – Тоннер от изумления остановился.

– Он в экипаж к ней подсел; о цене, видать, не сговорились.

– Простите, князь сам вам это рассказал? – Илья Андреевич не скрывал своего удивления.

– Нет! Что вы? Господин Угаров!

– Угаров? – еще больше удивился доктор.

– Приятель господина Тучина…

– Знаю. Я знаком с господином Угаровым…

– Он проезжал мимо и увидел, как князя выкинули из экипажа… Я хотела в полицию заявить, но князь – ни в какую…"

"– Значит, Юлия Антоновна, к Лаевским Арсений Кириллович уже с синяком поехал?

– Да! – призналась княгиня. – Стыд-то какой!

– Зря вы ему позволили. С потрясением мозга надобно в кровати лежать!

– Я пыталась его удержать! – взвизгнула Юлия. – Да куда там! Я для него никто!

– Но сейчас-то, надеюсь, Арсений Кириллович в постели?

– Откуда мне знать? Он в кабинете, никого не пускает. Только Петруху, камердинера.

Тоннер постучал в дверь кабинета. Ответа не последовало.

– Может, снова уехал? – нахмурился Илья Андреевич. Княгиня пожала плечами.