Тень Азраила

К тому же совершенно ясно, что убийство Раппа и действия турецко-австро-германских эмиссаров переплелись в тугую косу взаимозависимых обстоятельств. В результате особое значение приобретает вопрос, связанный с местонахождением документов, переданных покойному. У кого они? Вполне возможно, что они вернулись к сторонникам персидско-германского сближения. В таком случае именно этим и можно объяснить, что план, изложенный в этих бумагах, не претерпел хоть скольких-нибудь серьезных изменений. Скорее наоборот. Все мероприятия, изложенные там, будут даже расширены. Другими словами, никто не беспокоится об утечке информации. Это может произойти только по двум причинам: либо немцам неизвестно о передаче документов русскому дипломату, либо они очень быстро сумели их вернуть. Но тогда, если следовать логике, они должны были устранить источник утечки, то есть Ризу Тихрани. Однако министр жив, здоров и кушает с аппетитом. И они, как видно, ничего о нем не знают. Это выглядит странно, если предположить, что за Раппом шли по пятам. Но есть и другая гипотеза: тот, кто наблюдал за Раппом, убил его только с целью ограбления, а значит, портфель с документами для него лишь дополнительный «трофей». Получается, что преступник не имеет никакого отношения ни к туркам, ни к австро-германцам, ни к правительству Мустафиоль-Мамалека… Бумаги он уже наверняка читал и представляет их ценность, хоть она и недолговечна. Ведь стоит их разработчикам перейти к осуществлению плана – они обесценятся в один миг. Если злодей не идиот, то он должен найти покупателя как можно скорее. А таковых всего два: либо турецко-австро-германский альянс, либо страны Согласия. Очень маловероятно, что преступник попытается обратиться к российским властям с предложением о выкупе. Это было бы равносильно признанию в убийстве. И к англичанам опасно идти, и к французам. И те и другие тот час же не преминут известить Хворостовца. Выходит, остаются только враги. Но их слишком много, и чувствуют они себя в Тегеране как дома. Поди узнай, с кем, где и когда может произойти такая встреча».

Клим Пантелеевич прислушался: за стеной было тихо. Он вновь надел перчатки и разобрал несложное подслушивающее устройство. Уложив все в чемодан, направился вниз и велел коридорному доставить багаж к автомобилю.

Уже через несколько минут статский советник мчался по дороге на Зергенд. Предстояло составить шифрованное донесение, вернуться в Тегеран и передать сведения на Певческий мост. Он так и поступил. Депеша в Петербург ушла поздно ночью. Домой Ардашев вернулся перед рассветом.

Полковник Кукота с раннего утра находился в отвратительном расположении духа. И причин тому было несколько. Во-первых, он вчера изрядно перебрал и теперь страдал похмельем.