Мой темный Ромео

— У тебя есть два варианта, — я расслабился в коричневом кожаном кресле, пока Джаред выбирался с парковки «Ле Блю». Даллас наклонилась ближе, впитывая каждое слово, зная, что от них зависит вся ее жизнь. — Поскольку я знаю, как сильно ты хочешь иметь детей и вернуться к своей семье, я не дам тебе ни того, ни другого, а вместо этого спрячу тебя в моем особняке в Хэмптоне, где ты останешься достаточно далеко от всего и всех, кого любишь, и при этом будешь лишена возможности нанести серьезный ущерб моей жизни. Или...

Я погладил подбородок, немного задумавшись.

Как правило, я не поощрял плохое поведение.

Но в случае с Печенькой я часто делал исключения, включая, помимо прочего, коробку книг, которую я подарил ей за участие в благотворительном гала-концерте, несмотря на ее непослушное поведение во время третьего ужина.

(Она пыталась снять топ с сисек поп-звезды. Когда я оттащил ее и прочитал ей лекцию о том, как вести себя на публике, она отмахнулась от меня и сообщила, что с большой властью приходит большая ответственность).

И на этот раз та самая прощающая часть меня, которую я никогда не открывал до того, как она ворвалась в мою жизнь, хотела дать ей второй шанс.

Точнее, триллионный шанс.

Я бросил это, чтобы разрушить ее жизнь. Должно быть, поэтому я все еще обладал йотой терпения по отношению к существу передо мной.

Брови Печеньки взлетели вверх, почти целуя ее линию роста волос.

— Или?

— Я дам тебе то, что ты хочешь. Я дам тебе развод. Ты вернешься в Чапел-Фолс и станешь живой, дышащей скандалом. Разрушенной для всех намерений и целей. Вероятно, ты выйдешь замуж за вдовца или разведенного мужчину с детьми. Но у тебя будет свобода, которую ты так жаждешь.

Меня безмерно разозлило то, что мое дыхание сбилось в легкие, когда мы смотрели друг на друга сверху вниз, ожидая, какой вариант она выберет.

Я намеренно пропустил все, что хотя бы отдаленно привлекало ее внимание. Даллас нужно было осознать всю серьезность ситуации.

Наконец – наконец – она нарушила молчание.

— Могу я подумать об этом по дороге домой?

Так или иначе, это было худшее, что она могла сказать.

Ожидание было бы чистой пыткой.

Я пожал плечами, отвлекая внимание на свои сообщения. Как только Джаред высадил нас, на подъездной дорожке стояли ожидающие Хетти и Вернон.

— Ну как? — сказала Хетти еще до того, как дверь в Печеньки открылась. — Ты его разозлила?

Вернон неторопливо двинулся за ней.

— У нас наконец-то в доме появится маленький карапуз?

Я вошел в дом первым, а это означало, что мои неверные сотрудники, настроенные против меня собственной женой, отступили, яростный румянец прилил к их щекам, глаза были прикованы к полу.

— Вы оба, убирайтесь к черту.

Вернон, кроткий великан, моргнул.