Мой темный Ромео

Ее тоннельный фокус на младенцах. Первая смерть, свидетелем которой она стала – трагедия грандиозных масштабов, сделала из нее другого человека.

И она умоляла меня помочь сразиться с этим демоном.

Но у меня были собственные призраки, которых нужно было убить.

— Ромео, — она положила руки мне на колени и смотрела на меня с вызовом, с болью, с раздражением, но, как я заметил, не со слезами. — Пожалуйста. Помоги мне сделать это для Виктории. Она скончалась, но ее наследие все еще может жить.

Меня убило то, что я сделал это с ней.

Отказать ей в чем-то столь глубоком и важном.

Так однозначно.

Я провел пальцами по ее челюсти, наклоняя ее подбородок вверх, протискиваясь сквозь ком в горле.

— Ты можешь пожертвовать еще одно крыло любой детской больнице, какой захочешь. Деньги – не проблема. Но о создании лоббистской группы не может быть и речи.

Даллас медленно поднялась, дюйм за дюймом.

Я затаил дыхание.

— Ты трус, — она говорила голосом, лишенным эмоций, ее выражение лица было пустым. — К счастью, ты мой трус. Теперь я знаю твою слабость, Ромео. И я намерена использовать ее.

ГЛАВА 43

Ромео

Через несколько дней после того, как Даллас взорвала бомбу правды в моем кабинете, она надела одно из своих многочисленных платьев от «Шанель», надела дорогие украшения и провела любимой красной помадой по пухлым губам.

Печенька послала воздушный поцелуй, проходя мимо камеры наблюдения на выходе, и скользнула на заднее сиденье ""Майбаха"" Джареда, собираясь уехать на весь день.

Из своего углового офиса в «Costa Industries» я набрал номер Алана, обученного мастера боевых искусств, которого нанял, чтобы следить за ней.

— Жена ушла из дома. Позаботься о том, чтобы она была в безопасности, — ине стало интересно, звучала ли ложь для него более убедительно, чем для меня. — Не забудь написать мне, где она и с кем она.

— Да, сэр.

— Куда Джаред ведет ее сейчас?

— Похоже, она направляется в ваш офис, сэр.

Мое предательское, ни на что не годное сердце выскочило из своей костлявой клетки. Я оценил фотографию Печеньки, которую держал на столе для вида.

Ты каким-то образом обнаружила, что я тайно манипулировал внезапной поддержкой конгрессом твоего запрета на покупку для детских кроваток?

Ты собираешься отблагодарить меня сексуальным номером под платьем?

Бросив перо с гравировкой на свои документы, я откинулся на спинку, переплел пальцы и постучал ими по губам.

Я полагал, что с момента моего последнего промаха прошло достаточно времени, чтобы еще раз ощутить ее вкус.

Легкость, с которой я выхватил пульт от стеклянного абажура и заблаговременно опустил штору до конца, должна была подсказать мне, что я все хуже и хуже соображаю в отношении Даллас.

К сожалению, мой мозг не понял намека.