Мой темный Ромео

Мне потребовалось все свое терпение, чтобы не схватить ее за талию и не выебать из нее дерьмо перед полной аудиторией. Единственное, что меня останавливало, это то, что, к сожалению, это, вероятно, было частью ее генеального плана.

— Потому что я так сказал.

Она театрально ахнула.

— О, почему ты так не сказал? В таком случае, начинай идти. Я обязательно последую за тобой.

Я улыбнулся.

— Потому что вся серия Генри Плоткина будет прекрасно смотреться с танцующим пламенем вокруг него, когда начнется твой огненный театр.

Это стерло удовлетворенную гримасу с ее лица.

— Веди.

Путешествие в мою спальню прошло в полнейшей тишине. Между нами, по крайней мере. Сам дом произвел больше шума, чем концерт BTS.

Я закрыл дверь, заперев ее на всякий случай. Теперь, когда мы остались одни, неуверенность омрачила ее тонкие черты. Я вцепился ей в лицо, потеряв остатки самообладания.

Ее спина прижалась к моему окну.

— У тебя сердечный приступ? — но из ее голоса исчезло раздражение, сменившись робостью. — Учитывая, что ты аккуратист, а здесь веселится триллион человек.

— Чье это платье? — я схватил ткань ее одежды между нами, скручивая ее, пока она не натянулась вдоль ее гладкой кожи.

— Морган, — она смотрела на меня сверху вниз, подняв подбородок. — Она здесь.

Я даже не пропустил ни одного удара.

— Хорошая попытка.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что после того, как я с ней покончил, я сослал ее в Норвегию. Она не была в Штатах последние шесть лет. Она покончила бы с собой, прежде чем добровольно искала бы меня.

Холодные слова. Поставлено без унции сочувствия.

И все же больше, чем заслуживал Морган.

Печенька выглядела испуганной.

— Господи, что ты сделал с этой бедной женщиной?

— Только то, что она заслужила. Теперь ответь на мой вопрос. Чье это платье?

— Эбби Калгман.

Эбби Калгман. Одна из самых известных связей Мэдисона. Он часто водил ее по нашим кругам.

На самом деле, я подозревал, что она ему искренне нравилась. Готов поспорить на остатки моего поместья и дикую жену, которая его разрушила, что они все еще встречаются.

— Наверное, мне следует вернуть его ей… — Даллас сглотнула. Смущение окрасило ее щеки в розовый цвет, вероятно, из-за свежих воспоминаний о том, как она показывала всей вечеринке свои сиськи и задницу. — Мне нужно идти.

Она попыталась нырнуть под мою руку, но я теснил ее сильнее, злобная улыбка играла на моем лице.

— Боюсь, миссис Коста, я не могу позволить вам уйти, не попрощавшись должным образом.

— Что ты имеешь в виду…

Одним плавным движением я разорвала платье от декольте до низа, оставив его в беспорядке из двух частей на деревянных досках. Даллас теперь носила черный бюстгальтер без бретелек и кружевные трусики в тон.

Ее рот был открыт.

— Ты сумасшедший.

Я начал расстегивать ремень.