Я тебя верну

Мирослава во сне улыбается, и я решаю покататься еще некоторое время. Не люблю этот город, но сейчас светящиеся витрины почему-то успокаивают. Давлю на газ, слушая тишину.

Мы возвращаемся домой ближе к часу. Мест у подъезда, естественно, нет. Е*учий миллионник. Придется тащить ребятенка на руках по холоду непонятно сколько.

На всякий случай решаю сделать пару кругов почета — вдруг освободится. Мира спит, мне же совсем не хочется. Спешить нам некуда.

Я давлю на газ, а потом прищуриваюсь. Потому что вижу у подъезда знакомый силуэт. Белая куртка — яркое пятно на сером фоне.

У Марины напряженная поза. Руки прижаты к груди. Она сутулится и походит на хрупкую веточку, которую жестоко надломили.

Я достаю из куртки телефон и вижу на нем двадцать пропущенных. Блть.

Кажется, надломил я. Снова.

Направляю машину к подъезду. Марина кидается ко мне и дергает ручку двери еще до того, как внедорожник успевает остановиться.

Глава 29

Пассажирская дверь заперта и не поддается на бездумные дерганья. Тогда Марина начинает долбиться в окно. Я быстро выхожу из машины, хватаю ее за запястье.

— Успокойся.

— Пусти! — кричит Марина, вырываясь. — Где моя дочь?! Ненавижу! Пусти меня немедленно! Где моя Мира?!

Ненавидит? Опять?

Вспышка гнева внутри такая сильная, что ослепляет. Но один взгляд на лицо Хулиганки остужает мгновенно. Холод прокатывается по спине.

Марина в ужасе. В диком, неконтролируемом ужасе.

— Эй! — окликаю ее, фиксируя.

Марина вырывается.

— Тихо. Всё хорошо. Марина, малышка, всё хорошо. — Слегка встряхиваю ее за плечи. — Мирок спит. Марина! — рявкаю я. — Разбудишь Мирославу, будешь сама качать. Марина застывает. Ее глаза округлены и всё еще безумны. Тело бьет крупная дрожь. Едва сопротивление прекращается, я тут же ослабляю хватку.

— Мирослава спит, — повторяю быстро, но уже спокойно. — Она ночью проснулась, мы решили покататься по городу. Я решил.

— Покажи! — выдыхает.

— Только не кричи, ладно?

Дождавшись кивка, я слегка приоткрываю пассажирскую дверь, чтобы не пускать в машину много холодного ночного воздуха. Марина заглядывает в салон. Смотрит на дочь. И всхлипывает. Так горько, что внутри что-то трескается. В очередной раз. Когда я рядом с ней.

Понимаю, что вина моя. Но в этот раз я не хотел. Не собирался, честное слово.

Марина делает шаг назад, и я закрываю дверь. Хулиганка плачет. Прижимает ладонь ко рту и рыдает. Маленькая, беззащитная, все еще напуганная. Всхлипывает сначала беззвучно, а затем громко. И трясется. Остановиться не может. Всё позади, а у нее не получается. Изо рта пар идет. Марина без шапки. Куртка расстегнута, под ней футболка.

Я быстро застегиваю ее пуховик до горла. А потом, следуя порыву, насильно обнимаю Хулиганку и прижимаю к себе.