Я тебя верну

— Пожалуйста, просто знай, что я наговорила тебе эти страшные вещи тогда только потому, что утром увидела две полоски на тесте. Понимала, что ты не простишь. И не поймешь. Я саму себя не понимала. Но рассказать тебе не могла. Сейчас уже могу. Успокоилась на этот счет. А тогда... Даня, я не могла тебе сказать. Казалось, что тебя защищаю. Что ты будешь счастлив без меня.

Он поднимает глаза.

— Ты приезжала за помощью?

— Да, — говорю ему. — Но всё случилось так, как случилось. К лучшему. Ты женился на девушке, на которой планировал жениться еще до встречи со мной. И у вас всё хорошо, правда?

— Правда, — подтверждает он. Делает паузу. — Мне спокойно. Мы заключили соглашение. В рамках него всё отлично. Идиллия. Без измен и подстав.

— Без крысятничеств? — Я склоняю голову набок.

— Ни разу, — отвечает Данил с легкой улыбкой. — И не буду.

Зависть и ревность больно колют в груди. Но я справляюсь.

— Вау, — восхищаюсь вслух.

— Ага. Жить как-то надо было. Ну а Злата... Мне с ней комфортно. А ей со мной. Что еще нужно?

Ревность и зависть становятся слепящими.

Нам с ним нельзя видеться. Слишком рано. Пока еще слишком остро.

— Мы с ней в Москве встретились. Я после разговора с тобой туда поехал, дела были. Она помогла просто так, без условий, хотя до этого я во второй раз ее с хутора вышвырнул, — поясняет Данил и добавляет задумчиво: — Ну я и подумал: почему бы и нет.

— Помогла? Как?

— У нее родственник работает секретарем в Верховном суде, — рассказывает Данил. — Он мелочь, но сученыш компанейский, все его там любят и ценят. Через него удалось добиться многого.

Я бы помочь ему не смогла. Мои родственники сами нуждаются в помощи. Я всё правильно сделала. Да ведь?

— Я наслышана, что сняли судью, — говорю медленно.

— Двух судей. Небольшой переворот совершили. На самом деле моих заслуг там мало. Когда начали распутывать ком, пошло по накатанной. Такие дела повсплывали! Самое сложное, как обычно, — это запустить процесс.

— Круто. И как будто невероятно.

— Ну, в общем, да. Мы сражались больше года. Потом радовались. — Он поджимает губы.

Со Златой. Она ему помогла сражаться и была рядом, когда настало время праздновать. Ревность-ревность-ревность.

— Я в то время будто болел тобой. Осознавал, что это ненормально, но остановиться не мог. Я бы тебе жизнь сломал, если бы в покое не оставил, — говорит Данил. — Таким Лёшам бы руки-ноги поотрывал на раз-два. Меня бы ничего не остановило. Одержимость мозг плавила. Тобой. Ну а свадьба... Только так можно было отступиться.

Меня колотит. Зубы сжимаю.

— Не бойся, уже всё хорошо, — продолжает он с легкой улыбкой. Толкает меня в плечо своим. — Я действительно просто хотел на тебя посмотреть. Я ж тебя совсем девчонкой помню. А тут ты выступаешь... уверенная в себе. Студентка. Молодец, одним словом.

— Спасибо.