Я научу тебя любить

Спросить в лоб. Получить ответ. Потом… Обсудить.

Только вот…

— Я тебе кое-что получше послушать дам, кудряшка. Хочешь?

Замерла, смотря Вадиму в глаза. В которых все тот же лукавый блеск. Напускная легкость. Вроде как заинтересованность.

— Что? — она спросила севшим голосом, Вадим кивнул на стул. Мол… Ты сначала сядь обратно, а уже потом…

Она села. Потянулась к стакану с водой, сделала пару глотков…

— Анфиса приезжала, чтобы увидеться с тобой. А получилось… С бабушкой твоей поговорила. И с Высоцким. По-деловому так… Интересно… Аудио скинуть?

— Откуда у тебя аудио? — Аня спросила, чувствуя, что его слова ядом разливаются по сердце. Потому что… Бабушка. И Высоцкий. За ее спиной.

— Попросил записать. Знал, что пригодится. Мы с твоей матерью… Поладили. Так что, скидывать?

Вадим достал телефон, разблокировал, занес палец над экраном, поднимая взгляд на Аню. Она же… Кивнула просто.

Почти сразу получила уведомление на своем о том, что в одном из мессенджеров новые входящие… Сглотнула…

— Наушники дать? Сейчас послушаешь или потом?

Смотрела на экран и чувствовала, что боится… Ужасно боится…

— Зачем ты это делаешь? Что ты хочешь? — слишком сильно, чтобы при нем… Чтобы при ком-то в принципе…

— Я хочу, чтобы ты послушала… Уверен, будешь впечатлена подходом сожителя. Не люблю, знаешь ли, когда люди незаслуженно носят белые пальто. А он… Очень хочет выглядеть беленьким, когда все вокруг как бы замарались. Но ни черта, кудряшка. Он — хуже нас всех. Послушаешь — поймешь. А потом… Захочешь — наберешь. Не захочешь — пожалуйста. Девочка не глупая. Сама поймешь, что к чему. Если нужна будет подсказка, как отомстить, обращайся. Помогу.

— Я не буду никому мстить… Я расскажу все Корнею и он…

— Ты сначала послушай. Уверен, потом сама не захочешь рассказывать… А вот мне позвонить — очень захочешь. Я буду ждать, кудряшка…

Вадим подмигнул, осушил свою чашку в несколько глотков, встал из-за стола.

Она провожала взглядом его спину, чувствуя, что ее колотит. Ей страшно. Ладони потеют. Горло сжимается…

Снова посмотрела на телефон, потянулась трясущимися руками к экрану, провела…

Сначала сохранила файлы в памяти, потом…

Взяла сумочку, встала, положила купюру на стол, направилась в туалет.

Почему-то казалось, что слушать лучше наедине с собой. Закрылась в кабинке. Достала наушники. Вставила, снова потянулась к экрану…

Пальцы тряслись. И она тряслась. Замерла на мгновение. Задержала дыхание. Закрыла глаза, нажала…

«Давай начистоту.

«Давай начистоту…».

* * *Корней давно смирился с тем, что Аня — единственный человек, который может вызвать в нем тревогу. Не только ее, конечно. Спектр чувств и эмоций, связывавших его с зайкой, с каждым днем становился все шире и глубже.