Театр теней

Прямоугольники заполнились цветами, овощами и даже небольшими деревцами. Дэвис не видел в этих посадках никакой системы, а жена, похоже, видела. Она вызвала электрика и велела ему установить на задней стороне их дома прожектор, и каждый день перед сном подходила к окну, садилась на стул и, положив подбородок на руки, внимательно глядела вниз, словно там был не их задний двор, а гигантская шахматная доска. Временами она оставалась довольна увиденным, но чаще приходила в отчаяние. «Нет! Нет! Нет! Нет! Нет! Нет! Нет!» — кричала она и била себя кулаком по ноге. Дэвис спрашивал, что случилось, что не так, но она не могла объяснить. Тогда он мягко говорил ей, что если сад ее так расстраивает, надо показаться врачу. После таких приступов она как будто приходила в норму ненадолго и почти не вспоминала о саде. А затем надевала свои черные сапоги по колено, толстые полосатые перчатки, темные очки, бейсболку и снова начинала копаться в земле.

В мае она все выкопала и начала сначала. Что могла, пересадила, остальное докупила и сделала, по сути, зеркальное отражение того, что было первоначально, с осью-тропинкой. В конечном итоге такие очертания сада показались ей еще более отвратительными, так что в июле она опять взялась за переделки, а потом в сентябре, а потом однажды, в начале ноября, в то утро, когда нежданно ударил первый мороз, Дэвис нашел ее на кухне. Она лежала на полу, обхватив колени руками, и всхлипывала.

Обратились к психиатру — Дэвис сказал, что к психологу уже поздно, — тот прописал Джеки антидепрессанты, вроде бы помогло, зиму пережили спокойно. С Дэвисом она была по-прежнему холодна, но, вполне возможно, в такой форме Джеки требовала воздаяния за все те недели и месяцы, когда она взывала о помощи своим неадекватным поведением, а он не обратил на это должного внимания.

Перед самым Рождеством, почти через год после того, как у них отняли Анну Кэт, Дэвис спросил детектива, не согласятся ли полицейские вернуть ему вещи дочери, когда необходимость хранить их как улики отпадет окончательно. Чуть позже он попытался понять, зачем же он об этом просил: наверное, просто чувствовал себя беспомощным и злился на вялость следствия. «Ради Бога, сделайте же хоть что-нибудь! Достаньте, наконец, вещи Анны Кэт из комнаты, где хранятся вещественные доказательства! Проведите хотя бы экспертизу пятен крови. Может, тогда вы задумаетесь о ней, ну хоть на десять минут!»

Психиатр, наблюдавший Джеки, посоветовал ей вернуться весной к работам в саду.