Танцы на стёклах

Вместо того, чтобы пройтись по городу, заглянуть в музеи, сходить на выставку, я принимаю приглашение тех самых рекламщиков на закрытую вечеринку в одном из вип-клубов, где дозволены любые удовольствия, всевозможные запрещенные препараты, и элитный алкоголь льется рекой. Я согласился не потому, что соскучился по дорогим шлюхам или наркотическому дурману.

Причина была абсолютно другой. И то чувство, которое других воодушевляет на стихи, сонаты и прекрасные поступки, меня толкает в грязь и пошлость. Но это единственное, что у меня получается лучше всего — уничтожать в себе слабые места, ненужные эмоции путем погружения в насилие, разврат и пошлость.

Ни одного сбоя за много лет.

Безотказное лекарство, принятое в огромной дозировке, на это раз не помогло.

Я никогда не думал, что способен скучать по женщине, что, каждый раз, закрывая глаза, буду вспоминать ее лицо, не в силах запретить своей памяти проигрывать картинки из наших с ней совместных моментов.

И когда частный самолет идет на посадку над огнями Нью-Йорка, я не могу сдержать глупого радостного предвкушения внутри меня, заставляющее сжиматься сердце и мышцы живота. Похоже, у меня нет другого выбора, кроме как принять это и попытаться разрушить, пока не стало слишком поздно.

«Когда умирает сердце — это самая страшная смерть».

Оставшиеся дни в Париже пролетают быстро. Я хожу за всеми на какие-то встречи, выдавая заученную информацию, словно робот. Улыбаюсь, потому что привыкла, да и дышу, наверное, поэтому же…

Я пролистывала наши фотографии в телефоне, и не верила, что это было только позавчера и вчера. Кажется, прошла уже целая жизнь. Без Джареда. На одном из фото я смотрю в камеру, а Джаред прижимается губами к моей скуле. Его глаза закрыты. Всегда считала, что с закрытыми глазами целуют только тогда, когда любят.

Мой взгляд просто скользит по четкой линии его челюсти, бабочки в животе на миг возрождаются… а потом снова опадают пеплом.

Так хочу. Касаться снова.

Но… Я знала, я предполагала, что так и будет. Я просто не успела сказать первой… Что ошиблась. Чтобы сейчас, не было так больно. А нужно было, разозлить его. Нужно было все сказать тогда, у лифта, но сукин сын просто развернулся и ушел к своей драгоценной ассистентке.

Я разозлилась на саму себя. На то, как безвольно поглядываю на телефон каждые пять минут в ожидании хотя бы одного чертового звонка от Джареда.

Просто очень нужен его голос. Его нежное «крошка» на мягком выдохе…

Закрываю глаза, мир вращается вокруг меня, словно на автопилоте. Я закрываю всю свою боль и тоску в кокон, стараюсь абстрагироваться, перестать ныть и жить дальше.

Я знала, на что шла. Догадывалась, что он просто играет со мной. Играет в принца, кружит голову…

Ненавижу.