Танкист из штрафбата

Может, он сейчас даже позавидовал своему механику-водителю Маркусу, который так легко отмучился на этой проклятой войне. А что русские сделают с ним, подумать страшно.

Он вспомнил партизана, которого они разодрали, привязав за ноги к двум танкам. И вдруг с ужасом осознал, что в его командирской сумке среди семейных фотографий есть снимок, как они закапывают живьем русского лейтенанта-танкиста. Его вытащили из машины едва живого, обгоревшего, каким-то чудом уцелевшего. Конечно, его надо было казнить, в том бою он поджег сразу два танка: «фердинанд» и Pz Kpfw III. Он уже не помнит, кому пришла идея вырезать на лбу «ивана» звезду, а потом закопать живым, тут же рядом с его Т-34. Может, даже тому же Маркусу. Коллективное творчество… Лейтенанту довелось сфотографировать и поучаствовать в закапывании русского. Уж очень они злые были на этого «снайпера». Ланге даже заерзал, проклиная себя, что сохранил этот идиотский снимок рядом с портретами невесты, родителей и друзей-танкистов. Но руки были накрепко связаны за спиной.

– Сиди, не рыпайся! – прикрикнул Руслан и пнул пленника сапогом в спину.

Лейтенант еще раз мысленно позавидовал своему механику-водителю… Пособие для его казни лежало в сумке, и Хорст почти осязаемо представил, как этот увалень, который единым махом проткнул глотку Клаусу, тем же ножом вырежет на его лбу кривую свастику.

Ему вдруг стало не хватать воздуха…

Уже рассвело, когда Иван, сидевший в открытом люке, увидел, но еще нюхом не почувствовал дымок полевой кухни. Обогнав Деревянко, он дал знак остановиться. В бинокль приметил впереди, по обеим сторонам дороги, замаскированные «тридцатьчетверки». Родин еще раз подключился к радиостанции и предупредил «Волгу», что они уже рядом, подъезжают…

Оставалось совсем немного, каких-то полтора километра, чтобы триумфально въехать в расположение бригады, сдать начальству целехонький немецкий танк и как сюрприз вытащить из него за шкирку немецкого лейтенанта.

«Может, и к Герою представят, – помечталось Родину. – Трофей убойный: танк с немецким командиром в комплекте!»

– Деревянко, добавь, уснул, что ли! – зычно крикнул Иван, вновь усевшись за рычаги.

А у родимой «тридцатьчетверки» вдруг заглох двигатель, как дух испустил.

– На кой хрен заглушил, чучело?

Иван снова вылез, подбежал к танку, Саня сидел со сморщенным от досады лицом.

– Да не глушил я, – удрученно ответил он. – Может, бензин кончился?

– Да вроде еще есть…

Момент триумфа отдвигался. Родин от досады готов был швырнуть на землю танкошлем и потоптать его в пыли. Оставалось старое испытанное средство – подцепить к немецкой машине трос и попытаться завести «тридцатьчетверку» с толчка. А если не получится, тащить в таком потешном виде на буксире до самых наших позиций.