Танкист из штрафбата

Кира, дай ему свой нож… И не криви свое изображение. Может, еще пострелять придется по догоняющему нас противнику.

– Понял, даю напрокат, – улыбнулся Сидорский и, вытащив из-за голенища красавец-нож, протянул его Руслану.

– Ваша задача: как только мы захватим немчурский танк, быстрым бегом следом за нами. С включенными фарами едем пару километров, потом вырубаем, дальше – по ситуации… Деревянко, если ты, сукин кот, будешь отставать, я тебя из немецкого пулемета в решето превращу.

– Не надо нам таких метаморфоз, – заметил Руслан.

– Кончай базар! – Иван почувствовал легкую дрожь не только рук, но и всего тела, он уже предвкушал запах чужого танка и чужой грязи на рычагах.

Другого пути не было.

Их «тридцатьчетверка» слилась с густым кустарником. Но здесь запросто мог появиться какой-нибудь Фридрих или Клаус, которому приспичило культурно опорожниться подальше от коллектива.

Перебежками Иван и Руслан подобрались к тому самому танку, который впотьмах приняли за свой. Тихо залегли, Родин дал знак: подождем.

И хорошо, что не поторопились. Из люка вылез танкист с термосом и, что-то сказав остальным, пошел на кухню.

Иван показал большой палец, мол, все в масть, дал знак подождать еще. Тут из танка вылез другой танкист, отошел на несколько метров, стал отливать. Иван махнул рукой – пора.

Стремительно рванув, они оказались на броне. Родин склонился в люк, спросил, нет ли у вас, комрады, спичек или зажигалки. Не дожидаясь ответа, прыгнул вниз, а Руслан влез в люк механика и тут же взял немца на нож. Тот и пикнуть не успел. Оба люка тут же закрыли. Лейтенанту Родин сунул пистолет под горло, сразу вытащил его оружие из кармана куртки, знаком показал Руслану, чтобы принял офицера под охрану, а сам быстро занял место механика-водителя.

Машину эту он знал, движок еще не остыл. Задача была одна – рвать когти. Так Иван и сделал. Он не видел изумленного лица танкиста, у которого уже иссякала струя; остальные же, расположившиеся на бивуаке, так и не поняли, с чего бы это их танк решил укатить в дебри. По селу проехаться – это понятно, а кусты давить?…

А Иван все набирал обороты. Он открыл люк, чтобы был лучше обзор, увидел, что Саня рванул вслед за ним, ну, а теперь не подведи, немецкая машина, гони во весь опор из своего стада.

«Давай, давай, немчурка, хороший ты мой!» – приговаривал Иван, отыскивая тумблер, который зажигает фары, и все никак не мог вспомнить, где он. А останавливаться, немецкого лейтенанта спрашивать – драгоценное время терять. Да ведь и не скажет, сволочь…

В бешеном темпе они доехали до той самой чертовой развилки. Иван затормозил, пропустил вперед Саню, чтобы «тридцатьчетверка» ехала впереди, а пленный танк, как положено, позади. А то влепят свои же по немецкому образу и по фашистскому подобию.