Там, где живет любовь

Я, вспомнив, что там – темный непроглядный лес, покачала головой. Днем гулять еще куда ни шло, но ночью…

– Нет, я не буду сбегать. В палату вернусь.

– Угу, – забавно тряхнула бигуди Руднева. Она стояла рядом со мной и смотрела на жалкие попытки Ирки перебраться через забор. – Я, пожалуй, с тобой… Забор такой высоченный, я тем более не перелезу! Из окна-то еле выпала…

Мы вспомнили, как Руднева смешно рухнула из окна, и снова негромко захихикали. Циглер все-таки спрыгнула вниз, а Ирка только докарабкалась до верхушки. Внезапно откуда-то слева мигнул свет фонарика.

– Что за ерунда? – вцепилась в меня мертвой хваткой Диана.

– Ого, неужели нас хватились? – перепугалась я.

– Азарова, скорее! – Ирка, рискуя свалиться с забора, протянула ко мне руки. – Если вас застукают…

Будто я сама не понимала, что в таком случае нас ожидает. Мы с Дианой в панике ринулись к забору. Вокруг шумели деревья, но нам казалось, что это кто-то пробирается сквозь кусты и вот-вот схватит нас за ноги… Мы вскарабкались на высокий забор так быстро, что я сама не ожидала от нас с Рудневой такой прыти. А когда оказались на заборе, поняли, что назад пути нет. Пришлось спрыгивать за территорию…

Руднева недовольно расплетала запутавшуюся бигуди-липучку. Амелия смотрела на нее с нескрываемой насмешкой.

– Ну что, курицы, куда вы теперь? – спросила наконец Циглер.

– Мы – в дачный поселок. Ты с нами? – спросила Ира.

Я по-прежнему молчала, прислушиваясь к звукам за забором.

– Скучища! – фыркнула Циглер.

Мы вышли на разбитую дорогу и тут же увидели две высокие фигуры. Подойдя ближе, я сначала разглядела Даню, а потом и Никиту. Сердце с восторгом забилось…

– О, салют, Вера! – улыбнулся Яровой. Видимо, он не ожидал, что Ирке все-таки удастся уломать меня на побег.

– Вы же знаете, что я ненавижу эту песню! – рассмеялась я."

"Действительно, когда-то ребята просто допекали этой композицией Валерия Меладзе. Казалось, им нравилось меня изводить…

– Ой, я это помню! – захохотала Руднева.

Вокруг было так тихо, что мне казалось, наш разговор и смех слышат все в радиусе пары километров… Хотя мы уже и отошли на приличное место от забора, страх быть пойманными не отступал.

Даня, засунув руки в карманы джинсов, пялился на Амелию. Та нарочито отводила взгляд. После случая с простыней между ребятами определенно чувствовалась неловкость.

– Ладно, всем пока! – откашлявшись, сказала Циглер.

– Как? Ты не с нами? – удивился Никита.

Даня промолчал.

– В дачный поселок? Делать мне больше нечего!

– Она хочет отыскать заброшенный лагерь, – сказала я.

Амелия молча направилась в сторону леса. Даня внезапно поплелся за ней.

– Э-э-э! – протянула Ира. – В чем дело?

– Не можем же мы не проводить барышню? – обернулся Даня. Он шел спиной вперед, глядя на нас.