Там, где живет любовь

– О, Терминатор! – Казалось, Ирка даже обрадовалась тому, что Циглер тоже не спит. – Бежишь с нами?

– На заброшку? – сразу оживилась Амелия.

– Пока просто за территорию, – ответила Ира. Затем повернулась ко мне: – С такой и сбегать не страшно!

Я снова улеглась на кровать и накрыла голову подушкой. Пускай бегут вдвоем. Но Ирка, одевшись, бесцеремонно потянула меня за ногу.

– Верочка, ну, пожалуйста! Это же приключение!

– Вы с Даней вечно какую-нибудь фигню придумаете! – ворчала я, нащупывая на спинке стула джинсы.

Когда мы уже втроем распахивали окно, сонный голос подала и Руднева:

– Девчонки! Куда вы?

– Спи, Руднева, спи! – проворчала Ирка, закидывая ногу на подоконник.

– Ну ничего себе, спи! Вы меня одну хотите здесь оставить? – Диана возмущенно подскочила с кровати. В кружевной сорочке, на голове бигуди…

– Да что здесь с тобой случится? – не понимала Ира. – Спи дальше себе спокойненько!

– Ну уж нет! – Диана направилась к шкафу, по пути в темноте запнувшись о стул.

– Шшш! – зашипели мы втроем.

– Ведь кто-то же проник в нашу палату, чтобы подкинуть пауков, – продолжила рассуждать Диана. – А если с новой пакостью вернется? Нет, одна я тут не останусь!

Руднева не стала снимать сорочку. Натянула джинсы, а сверху напялила толстовку.

Пришлось выпрыгивать из окна вчетвером. Хорошо, что наша палата на первом этаже.

– А камеры? – растерялась Диана, последней нелепо вывалившись из окна. Как мешок с сахаром. Удостоверившись, что она при приземлении не ушиблась, мы негромко рассмеялись.

– Мне Даня показал маршрут, где можно их миновать, – деловито ответила Ирка. Я же промолчала, что на самом деле сегодня уже сбегала за территорию и тоже знаю, как отсюда выбраться. Если бы девчонки были в курсе моего побега, принялись бы донимать расспросами… – Спокуха! Не мы первые, не мы последние сбегаем отсюда.

Ночью безлюдная территория лагеря казалась незнакомой. Фонари освещали широкую заасфальтированную дорожку. В траве звенели кузнечики. Под их стрекот мы перебежками двигались в сторону недостроенного корпуса. От страха сердце замирало. Продравшись наконец сквозь кустарник и очутившись у высокого забора, я выдохнула:

– Вы лезьте, а я тут на стреме постою, а потом вернусь в палату…

– Азарова! Что еще за новости? – возмущалась Ирка, забавно повиснув на заборе. Когда мы сбегали отсюда с Никитой, он легко меня на него подсадил. Теперь же придется самой кряхтеть, подтягиваться… – Нас уже Даня ждет!

– Ну и дождется. Тебя! Если ты, конечно, как червяк, переползешь через этот забор.

– Сама ты червяк! – пыхтела Ирка, извиваясь.

Счастливая Амелия, как ранний петушок, уже красовалась на заборе. Вглядываясь в темноту, с высоты осматривала, что находится по ту сторону от лагеря.