Семеро Тайных

Между пальцами тонкая пленка отсвечивала оранжевым.

— Я помогу, — сказал он наконец. — Хотя это и против моих правил. Но Сосику — настоящий мудрец. И уж он-то учить не откажется. Это точно.

Олег, который уже то обжигался, то падал голым в снег, то стукался головой о все деревья, спросил недоверчиво:

— А все остальные? Они себя называют самыми что ни есть настоящими.

Ковакко нырнул, под водой протянулся след из пузырьков, наконец он высунул мокрую блестящую голову шагах в трех:

— Одно дело, как оценивают себя они, другое — как оценивают другие. На этом можно бы наторговать горы золота! Покупать по настоящей цене, а продавать по запрашиваемой... Сосику, так его зовут, единственный, которого и другие считают мудрецом. Зато всех остальных, кроме себя, недоумками.

Олег признался:

— Да, это уже признание...

— Сосику, — продолжил Ковакко уважительно, — единственный, кто догадался... а потом и сумел отыскать связь между всем живущим на земле и звездами, морем, лесом, горами...

Олег опешил:

— Как это? Не понимаю.

— Многие колдуны стараются узнать твое имя, чтобы как-то влиять на тебя. Даже причинять вред, насылать порчу. А Сосику сделал другое... Ему не нужно твое имя, ему достаточно сказать, когда родился, и он предскажет тебе твое будущее.

— Разве это возможно?

— Сосику это может. Он никому не вредит, никогда не пользуется во вред своими знаниями. Если скажешь ему еще и месяц, а то и день своего рождения, то он предскажет тебе твою жизнь с точностью каждого камешка на твоей дороге!

— Невероятно, — пробормотал Олег. Сердце застучало, в измученном теле затеплилась слабая надежда. Хоть кто-то не во зло, не пользуется своими знаниями даже себе во благо! Может быть, эта белая ворона и есть то, что он искал... — Где этот Сосику?

— Он живет в тридесятом царстве, — сказал Ковакко мечтательно, голос стал тише. — В сказочно красивом месте. Хоть и не болото, конечно. В самой красивой долине... в самом цветущем месте этой долины... у него чудесный сад... Там даже озеро! Лет через сорок могло бы стать прекрасным болотом, но пока что простое озеро. И ни зверь, ни человек, по молчаливому уговору, не нарушают покой мудреца, который никому не вредит, а всем желает только блага. К нему часто приезжают другие мудрецы, ведут степенные и неспешные беседы. Он всем рад... но тебе туда не стоит, парень.

Это было так неожиданно, что Олег отпрянул, взбаламутив гнилую воду. Ряска вошла волнами.

— Почему?

— А ты посмотри на себя, — посоветовал Ковакко. — Из тебя мудрец как из моего... гм...

Олег сжал кулаки:

— Я пока что не мудрец. Пока что я могу размазать по стене любого, кто откажется указать мне дорогу. И еще я могу возжечь костер, который высушит половину этого болота.