Тайны большого леса

Из двадцати отсеков открытыми оказались пять.

В отсеке рядом с транспортным ангаром стояли какие-то аппараты необычной формы, похожие на сплетённые стволы деревьев, но с металлическими на вид вставками и жилами.

Ещё один отсек зарос «саксаулом» под потолок. Разобраться в его предназначении было трудно. Редошкин предложил идею, что это какая-то засохшая оранжерея, снабжающая Крепость кислородом, но чем она является на самом деле, догадаться экскурсанты не смогли.

В третьем открытом отсеке стояли шесть лежаков и шесть саркофагов, из чего Максим сделал вывод, что отсек является общежитием, ставшим впоследствии моргом.

Четвёртое помещение пронизывала труба с двумя рядами закупоренных патрубков. Труба была горячая и вибрировала.

– Реактор? – предположил Редошкин.

– А хрен его знает, – пожал плечами Матевосян. – Иногда труба издаёт звуки, словно внутри плещется вода. Наверно, какая-то система водоснабжения.

Пятый отсек оказался ещё одним «гостиничным номером», в котором стояли целых двенадцать лежаков и всего один саркофаг.

– По моим прикидкам, весь этот этаж представлял собой жилой сектор, – сказал Матевосян. – Жаль, что открываются только эти двери, можно было бы проверить.

– Не догадался проконсультироваться у твоего Сумасброда? – упрекнул лейтенанта Редошкин.

– Тут и месяца мало, чтобы всё осмотреть и ощупать, – с обидой ответил Матевосян.

Вернулись к сфере центра управления.

– Где будем обедать? – осведомился Редошкин.

– Можно здесь, можно в моём номере, – предложил Матевосян. – Принести?

– Неси.

Матевосян повернул обратно, и в этот момент откуда-то из таинственных глубин Крепости донёсся тихий гул.

Мужчины застыли, взявшись за оружие.

– Часто так гудит? – спросил Редошкин.

– Нет, такой гул слышу в первый раз. Может, это…

– Тише! – остановил Максим лейтенанта.

Снова замерли, превращаясь в слух.

Новая волна гула сотрясла стены зала.

– Что за… – начал Редошкин.

– Лес! – выдохнул Максим.

– Что?!

– Это гудит Лес…

– Он же далеко отсюда, километрах в двадцати.

– Деревья далеко, но корни близко… лес окружил Крепость системой корней.

– Думаешь, это они гудят?

Максим не ответил, закрывая глаза и настраиваясь на «лесную медитацию». В уши просочился «хрипловатый» мысленный шёпот:

«Человек… непредвиденное… изменение… возможны… негативные… последствия…»

– Что случилось?! – вслух проговорил Максим.

Гул утонул в недрах Крепости, растаял и шёпот.

Максим открыл глаза.

Бойцы группы смотрели на командира вопросительно, и он проговорил:

– Что-то произошло в лагере. Лес вышел на связь, я срочно возвращаюсь!

– А я? – в один голос выговорили лейтенант и лейтенант.

– Вы с Софой остаётесь. – Максим ткнул пальцем в грудь Редошкина.