Тайник в старой стене

Тем не менее, оказавшись рядом с наглыми голодными крысами, да еще со связанными руками и ногами, Веня почувствовал себя очень неуютно. Когда одна из крыс подползла ближе, Веня выгнулся всем телом и попытался достать любопытную тварь ударом ботинка. Крыса ловко увернулась, и оба зверька тут же бросились в тот самый угол, из которого появились. Веня прислушался: когда омерзительное шуршание наконец-то стихло, он почувствовал некоторое облегчение.

Немного привыкнув к темноте, Веня огляделся и попытался подняться. После нескольких неудачных попыток ему это удалось. Единственный лучик света проникал в помещение сверху.

Веня еще раз огляделся. Ужасно хотелось пить. Сверху послышались шуршание и топот. Веня снова откинулся на спину и стал вспоминать.

Последнее, что он помнил, – разговор со Зверевым. Тот позвонил из телефонной будки и сообщил, что собирается встретиться с Зильберманом и предложить ему фальшивую коллекцию. После этого он пошел в пивную, выпил кружечку холодного пива и направился домой… Стоп! До дома он не дошел… свернул в арку, там кто-то преградил ему дорогу, а дальше…

Топот ног, доносившийся сверху, звучал приглушенно. Тот, кто его пленил, прошел над головой, после этого снова воцарилась тишина.

«Кто бы это мог быть? Нанятые Бобой Шекелем головорезы? Таинственный Антип или кто-то еще?»

Пока Веня мучился в догадках, сверху снова раздались шаги. Потом что-то громыхнуло, и в глаза ударил резкий свет.

– Он очнулся, – послышался сверху скрипучий голос.

Похититель спустился в подвал и уставился на Веню, словно удав на кролика. Он был худ, от него пахло дорогим парфюмом, в руке мужчина держал самшитовую трость.

– Лекса, твою мать, говорю же, спускайся! – крикнул он наверх. – Лощеный приказал доставить этого типчика, как только он придет в себя!

В подвал, тяжело дыша, спустился довольно крупный широколицый мужчина с бритой головой и двойным подбородком. Подойдя к пленнику, он достал нож и разрезал веревки на руках и ногах Вени.

– Будешь дергаться, зубы вышибу, – от этого пахло потом и табаком.

Веню подняли наверх и втолкнули в комнату. Шторы на окнах были наглухо завешаны, верхний свет не горел, лишь огромный матерчатый торшер, увешанный рюшками и бахромой, освещал помещение так тускло, что Вене после темного подвала даже не пришлось долго привыкать.

За столом сидели пятеро: две женщины и трое мужчин.

По правую сторону восседала миловидная молодая женщина с темными волосами. Несмотря на сильно накрашенные глаза и яркую помаду, выглядела она довольно аристократично. Волосы она заплела в тугую толстую косу и обернула ее кольцом на затылке; на шее висел черный ониксовый кулон, платье с вырезом на груди тоже было черное, с блестками.