Гарри Поттер и Тайная комната

Ещё — огромный письменный стол с ножками в форме звериных лап, а над ним на полке лежала поношенная залатанная колдовская Шляпа — Шляпа-Распредельница.

Гарри замер. Он бросил осторожный взгляд на мирно спящих по стенам колдунов и ведьм. Ведь ничего страшного не случится, если он снова примерит Шляпу? Просто проверить… убедиться, что она поместила его в правильный колледж…

Он тихо обошёл вокруг стола, снял Шляпу с полки и аккуратно опустил её себе на голову. Шляпа была ему велика и соскользнула на глаза, как и в прошлый раз. Гарри вперил взгляд в чёрную изнанку и подождал. Наконец тихий голос шепнул ему в ухо:

— Червячок гложет, да, Гарри?

— Ммм… да, — пробормотал Гарри. — Э-э-э… извините, что беспокою… я хотел спросить…

— Хочешь знать, правильно ли я тебя направила в твой колледж, — перебила догадливая Шляпа. — Да уж… с тобой было особенно сложно разобраться. Но я отвечаю за свои слова, — тут сердце у Гарри упало, — ты мог бы достичь многого в «Слизерине»...

В животе что-то оборвалось. Гарри сдёрнул Шляпу с головы за кончик. Она повисла у него в руках, линялая и засаленная. Гарри пихнул её обратно на полку. Его мутило.

— Вы не правы, — громко заявил он неподвижной молчащей Шляпе. Она не отреагировала. Гарри попятился, не сводя с неё глаз. Тут за его спиной словно кто-то подавился, и Гарри резко обернулся.

Оказывается, он был не один. На золотом шесте у двери восседала дряхлая птица — какая-то недощипанная индейка. Гарри уставился на неё; она ответила неподвижным мрачным взором и вновь кашлянула. Похоже, птица сильно болела. У неё были скучные глаза, и прямо сейчас из хвоста выпало ещё несколько перьев.

Гарри посетила неприятная мысль: не хватало только, чтобы птица Думбльдора умерла, пока он тут с ней один. Стоило ему об этом подумать, как птица загорелась.

От ужаса Гарри закричал и отпрянул к столу. Он отчаянно озирался: нет ли рядом, к примеру, стакана воды, но ничего не нашлось; птица тем временем превратилась в огненный шар, испустила громкий вопль — и спустя миг от неё не осталось ничего, кроме горстки пепла на полу.

Открылась дверь. Вошёл очень удручённый Думбльдор.

— Профессор, — залепетал Гарри, — ваша птица… я ничего не мог поделать — она взяла и загорелась…

К вящему изумлению Гарри, Думбльдор улыбнулся:

— И самое время, надо сказать. Он давным-давно плохо выглядел. Я уж намекал ему, чтобы поторапливался.

Думбльдор хохотнул, глядя в ошарашенное лицо мальчика.

— Янгус — феникс, Гарри. Фениксы, когда им приходит пора умереть, загораются, а потом возрождаются из пепла. Смотри…

Гарри посмотрел как раз вовремя — крошечный, сморщенный, новорождённый птенец высовывал головку из кучки пепла. На вид, правда, он был ничем не краше, если не гаже, сгоревшей птицы.