Гарри Поттер и Тайная комната

— Пойман с поличным! — возопил он, с лицом белее снега, и театрально указал на Гарри.

— Тихо, Макмиллан! — резко сказала профессор Макгонаголл.

Дрюзг барахтался сверху, злобно осклабившись; он обожал хаос и всяческое безобразие. Учителя склонились осмотреть тела Джастина и Почти Безголового Ника, а Дрюзг разразился весёлой песенкой:

Ах, Поттер-грязноттер,             чего ж ты творишь,Ты школьников гробишь,             ты гадко шалишь!— Хватит, Дрюзг! — рявкнула профессор Макгонаголл, и тот задом улетел прочь, показывая Гарри язык.

Профессор Флитвик и профессор с кафедры астрономии понесли Джастина в лазарет, но вот что делать с Почти Безголовым Ником, никто не знал. В конце концов профессор Макгонаголл сотворила из воздуха большой вентилятор и вручила его Эрни, велев отогнать Ника вверх по лестнице. Что Эрни и сделал — Ник поплыл безмолвным чёрным дирижаблем. Все разошлись, и Гарри остался наедине с Минервой Макгонаголл.

— Сюда, Поттер, — приказала она.

— Профессор, — тут же сказал Гарри, — клянусь, я этого не…

— Это вне моей компетенции, Поттер, — отрезала профессор Макгонаголл.

Молча они прошествовали за угол и остановились перед большой, на редкость уродливой каменной горгульей."

"— «Лимонный леденец»! — сказала профессор Макгонаголл.

Очевидно, это был пароль: горгулья внезапно ожила и отпрыгнула, а стена за ней расступилась. Гарри, несмотря на ужасные предчувствия, поневоле восхитился. За стеной открылась винтовая лестница — она ехала вверх наподобие эскалатора. Гарри с профессором Макгонаголл ступили туда, и стена с шумом захлопнулась за ними. Лестница поднималась штопором выше и выше, пока Гарри, у которого немного закружилась голова, не увидел впереди полированную дубовую дверь с медным дверным молотком в виде грифона.

Он догадался, куда его ведут. Здесь-то, видимо, и обитал Думбльдор.

Глава двенадцатая. Всеэссенция

На вершине они сошли с каменного эскалатора, и профессор Макгонаголл постучала в дверь. Та бесшумно отворилась, и они вошли. Профессор Макгонаголл велела Гарри подождать и оставила его одного.

Гарри огляделся. Одно можно было сказать наверняка: из всех кабинетов, где он успел побывать за год, этот был самым интересным. Не будь Гарри до смерти напуган, что его вот-вот выкинут из школы, он бы с радостью всё тут как следует рассмотрел.

Комната была замечательная — просторная и круглая. Отовсюду то и дело доносились загадочные шорохи. На высоких тонконогих столиках стояли разнообразные серебряные приборы — они вращались и фыркали паром. Стены увешаны обрамлёнными портретами директоров н директрис прошлых лет — все они дружно посапывали в креслах.