Грязная тайна

Судя по расширенным мерцающим зрачкам мой готовый внешний вид ему очень нравится.

— Смелее, — шепчет одними губами, не отрывая телефон от уха.

Сердце часто колотится, тараня грудную клетку. Губы пересохли, поэтому я облизываю их кончиком языка и снова иду навстречу.

Встаю напротив Медведя, закрываю собой телевизор.

— У меня есть для тебя кое-что интереснее, — старательно убеждаю.

Тянусь к поясу халата, играю. Но до конца не довожу.

— Раздевайся, — торопит Миша.

Отрицательно мотаю головой, развожу руками и прячу их за спину.

— Не получается. Поможешь?

С собеседником приходится экстренно попрощаться. Спешно говорить ему о том, что нашлись дела важнее. В виде меня, например.

Громко ойкаю, когда Медведь притягивает меня ближе. Шепчу губами: «Распакуй». Поглаживаю колючий ёжик волос на его затылке и глубоко рвано дышу.

То, что мы делаем, — абсолютно грязно и совершенно нечестно. Аморально, бесстыже. Я виновница того, что завтра у моей сестры не состоится свадьба. Но сексуальное притяжение между нами с Басаргиным такой силы, что оторваться нереально.

Я хочу быть для этого мужчины. Чувствовать запах его кожи, наслаждаться близостью и любить. Медведь чуть вчера не погиб. Господи!

Этих жадных движений, грубых касаний и совместных выходных попросту могло и не быть! Взрывчатка сработала неправильно — чуть раньше, чем предполагалось. Она просто обожгла немного кожу. Сейчас даже следов не осталось.

Когда я думаю об этом, то готова самостоятельно раздеться и запрыгнуть на Медведя. Но он уже начал. Активно потянулся к поясу. Медленно и смакуя, стал его развязывать, обнажая тело.

— Мой Миша, — тихо шепчу, когда горячие губы касаются живота. — Мой. Трогай меня. Трогай везде.

Медведь опускает ладони на мои ягодицы и жадно сминает их. Из его груди при этом рвётся сдавленный стон. Из моей — долгий и протяжный.

Глажу его плечи, лопатки. Запрокидываю голову к потолку и глаза закатываю. Влажный язык чертит полосы на моем животе, а затем доходит до пупка и недвусмысленно задевает ложбинку. Лижет её и толкается. Мамочки. Я с ума схожу, а ведь мы только начали.

— Ещё. Миша, ещё.

Спустя секунду я оказываюсь верхом на его бёдрах. Подо мной твёрдая эрекция, и я нетерпеливо ёрзаю на ней.

Тяну за низ водолазки, Медведь раздевается. Огромный, крепкий. Излучающий мощную животную энергетику, которая подавляет и обескураживает.

Мы прижимаемся друг к другу обнаженными телами, соприкасаемся губами. Целуемся нежно, легкими касаниями. По коже гуляют мурашки, голова кружится. Затем углубляем поцелуй, сплетаемся языками и окончательно сходим с ума. Одновременно.

Миша с лёгкостью приподнимает мои бёдра, трогает пальцами влажные складки. Толкается в меня, растирает влагу по клитору.