Троянская тайна

Сиверов, брезгливо морщась, придирчиво его осмотрел и, похоже, вознамерился зашвырнуть в угол, но, покосившись на Ирину, просто положил платок на подоконник.

– Кое-что удалось, – сказал он. – Хорошая штука – повальная компьютеризация! А Интернет – это вообще находка для шпиона. Полчаса работы – и дело в шляпе. Мне удалось порыться в файлах отдела кадров и найти там личные дела двух человек, которые показались мне интересными. Это некто Олег Добровольский и Сергей Дрынов. Очень интересные господа! Во-первых, на работу они были приняты почти одновременно, с разбежкой всего в несколько дней. А за неделю до этого, между прочим, в реставрационную мастерскую галереи устроился некто Алексей Колесников... Ничего себе сюжетец, да?

– Это пока ни о чем не говорит, – сказал Федор Филиппович, но голос у него был напряженный.

– В общем, да, – не стал спорить Сиверов. – Честно говоря, я и не надеялся обнаружить в их личных делах запись типа: "Уволен за кражу картины А. Иванова "Явление Христа народу"".

– Так они уволены? – заинтересовался Потапчук.

– Оба, и притом в один и тот же день. По собственному, сами понимаете, желанию. Это, конечно, тоже ни о чем не говорит, но ориентировку на них я все-таки разослал. Если они ни при чем, извинимся, от нас не убудет. Но это они, я почти уверен. В конце концов, провернув такое дело, я бы именно так и поступил: уволился бы под благовидным предлогом, пока никто не заметил подмены, и рванул на все четыре стороны. Вряд ли, конечно, им известно что-нибудь стоящее, но поискать их стоит: с паршивой овцы хоть шерсти клок... По крайней мере, расскажут, каким образом кто-то исхитрился вытащить из галереи такую громадину...

– Громадин было две, – поправил генерал. – Одну вытащили, другую втащили... Или наоборот, но это уже не имеет принципиального значения.

– Да, – согласился Глеб, – не имеет.

– Послушайте, – вмешалась в их разговор Ирина, – а почему вы ведете себя так, будто уже доказано, что картину подменили копией? Ведь я еще не приступала к экспертизе, и у вас нет ничего, кроме моих подозрений, основанных на голой интуиции! Проверить их, конечно, необходимо, за этим я к вам и пришла, но куда вы так торопитесь? Еще ничего не известно, а вы уже закрутили колесо: базы данных, личные дела, ориентировки... Или вы знаете что-то, чего не знаю я? Тогда зачем вам экспертиза?

– Успокойтесь, Ирина Константиновна, – сказал Потапчук, – ничего особенного нам не известно. Просто в данный момент мы вынуждены действовать на упреждение – так, как если бы все ваши подозрения и догадки были верны.

– Тем более что, кроме ваших подозрений и догадок, как вы справедливо заметили, у нас ни черта нет, – вставил Глеб. – Да и те появились только вместе с вами.

– Не понимаю, – сказала Ирина.