Тайна леди

Она бы выжила в монастыре, но Робин говорил правду. Здесь не было монастырей, и англичане опасались папистов, как они называли католиков. Она читала молитвы про себя и никогда не крестилась.

Петра не боялась грязной работы, но ее не научили ничему, кроме элементарного ухода за больными бедняками.

Конечно, всегда оставался Робин, и она обещала ему попросить помощи, если понадобится, но она не знала, чего от него ожидать и что она сможет вынести. Она не могла быть его шлюхой, но было бы почти невозможно находиться поблизости от него, не имея ничего.

Тени стали длиннее, поэтому она повернула назад к гостинице. Из головы у нее не выходили слова псалма. «Si ambulem in medio umbrae mortis, non timebo mala…» – «Хотя я вхожу под тень смерти, я не буду бояться…»

Ей пришлось резко броситься в сторону, чтобы увернуться от мчащейся кареты, остановившейся перед «Белой лошадью», и этот момент опасности заставил ее рассмеяться. Были практические причины бояться ходить в темноте. Она смотрела, как дилижанс выгружает пассажиров и их багаж и поглощает других. У всех людей есть цель в жизни.

Она спросила конюха, что это за дилижанс.

– Ну, это Гилдфорд-флаер, да, мисс, и с Могучим Майком Коккрофтом на козлах. Будет там через два часа сегодня вечером, это точно.

Кок. Петра перевела взгляд с пыльного, тяжело груженого дилижанса на невысокого дородного мужчину, пьющего что-то из огромной кружки, попутно флиртуя с кокетливой служанкой. Два часа до Гилдфорда?

– Могу ли я купить в нем место? – спросила она.

– А разве вы не из фургона?

– Да, но у меня есть деньги.

– Я спрошу, но вам придется поторопиться, мисс. Могучий Майк не будет ждать.

Петра побежала в гостиницу, поднялась в спальную комнату и схватила свой узел, давая объяснения попутчикам. Она сбежала вниз и обнаружила кучера уже на козлах с вожжами в руке.

– Место наверху за шиллинг, – сказал конюх. – Поторопитесь. Вы можете заплатить ему по приезде.

Петра взобралась по лесенке и села, втиснувшись между двумя мужчинами. Экипаж тут же дернулся и поехал, и она была рада, что прижата так сильно. Флаер выехал на Гилдфордскую дорогу и набрал скорость, грум на козлах протрубил в рог, чтобы отпраздновать этот факт. Петра схватилась за рукав мужчины справа. Он, похоже, был не против.

«Петра, Петра, подумай, что случилось, когда ты в последний раз действовала импульсивно!»

«Я сбежала, – сказала она своему протестующему разуму. – Останься я с леди Содуэрт, сейчас была бы уже в Милане или, что более вероятно, убита при попытке сбежать».

И петухи были символами ее удачи.

«Скачи на кок-хорс в Банбери-Кросс».

Где бы это ни было, если все остальное не удастся, она поедет туда искать счастья.