Весь Тайгер Манн

Я назвал пароль и тогда услышал:

Мартин Грейди говорил так спокойно, будто он обсуждал погоду, хотя ему было прекрасно известно, что только очень важное дело заставит меня соединиться с ним.

— Кто у вас есть под рукой?

— Дон Лавус и Тони Вильямс.

— Оставьте Вильямса и пошлите Дона.

— Вы можете говорить?

— Только на ухо. Подняли большого зайца. Отзовите лучших людей, кого можно, и держите их наготове. Пусть дожидаются контактов в обычных местах. Нам понадобится связь и быстрый самолет, готовый к отлету. Вы лично тоже будете втянуты в дело, и вам надо быть готовым к отъезду.

— "Мустанг Ф-51" вылетает сегодня из Саратога-Спрингс. Приземлится в Ньюарке. — Теперь в его голосе послышалось нетерпение и некоторая нервозность. — А вы... Все в порядке?

— Киркленд пришлет вам подробности, а в ожидании вычеркните Вито Салви. Счет ликвидирован.

— Вы уверены в этом?

— Вот что вынуждает вас к особой осторожности в некоторых обстоятельствах, Тайгер. Они не упустят возможности отомстить за своего лучшего головореза.

— У них нет другого выбора.

— Нет. Но у вас-то он есть!

— Прекрасно, отпуск где-нибудь в Андах или Калифорнии, Вайе — городе спящей красавицы.

— Я подумаю... Мы не можем себе позволить потерять вас...

— А также оставить меня вне этого дела. Кстати, перед смертью Вито кое-что сказал, мне одному. Отпуск или мое участие — выбор за вами... — Я почувствовал вес моих слов.

Он подумал, наконец произнес:

— Хорошо... Вы этого хотите. Действуйте.

— В настоящий момент ничего. Но будьте готовы ко всему. Это намного сильнее того, с чем мы имели дело до сих пор.

— Я жду рапорта. Сегодня вечером?

— Как только прибудет самолет. Остальные должны быть наготове.

— Делайте так, как считаете нужным. Они будут действовать?

— Им придется... — Я ухмыльнулся. — У них тоже нет выбора.

Чарли Корбинет был нашим патроном в ОСС. Минувшие двадцать лет не смягчили его — он остался таким же жестоким, каким был тогда, когда командовал нами в чине полковника. Теперь он официально председательствовал в одном промышленном предприятии, но ИАТС вызвало его по той простой причине, что оно нуждалось в таком человеке, в его ясновидении.

Кое-кто из его начальства знал, что мы поддерживаем с ним связь, поэтому не выносили его, но, так как не могли без него обойтись, предпочитали закрыть на это глаза.

Чарли Корбинет стоял посредине комнаты: высокий и худой, выдавая высеченным из дерева лицом свою профессию. Его сверлящие меня глаза и улыбка, искривившая рот, красноречиво свидетельствовали: он прекрасно понимает, что начинается большая работа.

— Салют, мой полковник!

— Может, когда-нибудь вспомнишь, что перед самой отставкой меня сделали генералом?

— Простите... привычка, — улыбнулся я.