Весь Тайгер Манн

Между нами нет недомолвок, потому что для меня она не просто переводчица ООН, кем является для всех, а квалифицированный агент, имеющий солидное прикрытие. И Рондина знает больше, чем кто-либо из тех, кто имеет право знать о моей работе. Ведь бывают моменты, когда очень трудно сохранить свою броню и просто необходимо кому-то довериться. Хочется все же допускать, что и другие придерживаются тех же принципов, что и ты.

Я пропустил ее вопрос мимо ушей и попросил:

— Позвони Чарли Корбинету, скажи ему, чтобы пришел.

Ее глаза сузились. Она поняла, что на этот раз речь идет не о тумаке, полученном во время драки в кабаке... Начинается интернациональная игра, и коррида еще впереди.

Снова, не задавая вопросов, Рондина направилась к телефону и выполнила мою просьбу. Потом взяла мой стакан и нашла новую порцию виски. А возвращая мне бокал коснулась губами моей руки. По ее щекам текли слезы.

— Почему? — спросила она наконец.

Доктор Киркленд, как всегда, продемонстрировал высокий профессионализм. Пуля пробила кобуру моего пистолета, что погасило ее силу и изменило траекторию: она пролетела вдоль бока и застряла под кожей в синеватом ореоле. Вито Салви дважды пытался пригвоздить меня ножом, но я увернулся, кончик ножа лишь задел меня, оставив порезы.

Залатав меня, доктор оставил флакон с пилюлями, а на случай, если я почувствую себя хуже, порекомендовал через разумные промежутки времени посещать его и назвал цену лечения. Мартин Грейди оплатит все.

Рондина дала мне время одеться, прежде чем снова вошла в комнату. Остановившись около меня, укоризненно покачала головой, как перед ребенком, который никак не научится вести себя правильно:

— Не воображаешь ли ты, что сможешь сегодня уйти отсюда?

— Есть вещи, которые не могут ждать.

— Нет ничего достаточно важного.

— Тайгер... — Она сжала мою руку.

— Все приключения, в которых я был замешан, все дела, в которых ты участвовала, — все это ноль в сравнении с этим! Если они осилят нас, мы погрязнем по самые уши... — Я бросил взгляд на часы. Скоро должен появиться Чарли Корбинет. — Побудь еще разок моей доброй секретаршей — набери еще один номер.

Сообщив его, я увидел, как вздрогнула ее рука и напряглись мышцы.

Раньше Рондина уже видела меня набирающим этот номер и знала, что это означает.

На секунду она замерла, потом взяла телефон. Набрав номер, молча протянула мне аппарат и направилась к двери, но я ее остановил:

— Ты на самом деле хочешь, чтобы я осталась?

— Я видел, как ты убивала, ты видела, как убивал я. А сейчас у меня нет необходимости оставаться с ним один на один.

— Хорошо. — Она села в кресло.

После третьего звонка на другом конце провода сняли трубку, но никто ничего не сказал.