Табор смерти

Книжки эти не с потолка писались, – изрек Ломов. – Но маловероятно.

– А мне что теперь? Домой собираться?

– Ха, разогнался… А представь, что вкралась какая-то случайность. Поменял наш клиент свои ближайшие планы. Но награбленное карман тянет. И прибежит он к нашему мастеру клыков и резцов.

– Возможно, – без особого энтузиазма произнес Васин, которому надоела Москва, удручало невыполненное задание и страшно хотелось домой, к семье.

– В общем, ждем, – подытожил Ломов.

– Ждем, – безрадостно отозвался Васин.

Ну и дождались. Наружное наблюдение с дантиста сняли – наружка и так перегружена работой и не может топтать за объектом долго. Поэтому и прошляпили все на свете.

Через два дня Заславский шел домой проходным замусоренным двором Замоскворечья, где только кошки да крысы. И случайно напоролся на финку.

В общем, не зря он боялся Копача. Ох, не зря…

В кабинете начальника разбойного отделения МУРа и по совместительству бывшего пограничника атмосфера царила тяжелая. Оперативная работа – она такая, состоит не только из блестящих побед, но и из обидных поражений. Но оптимизма эта философия в настоящий момент не добавляла. Васин и Панарин ерзали на стульях. Вины они особой за собой не чувствовали, вроде все делали как надо, но результат получился удручающий.

– Теперь очевидно, что фигурант узнал о двурушничестве Заславского, – отметил майор.

– И не вынесла цыганская душа позора, – усмехнулся Гоша.

– Ну да, – кивнул Васин. – И наш заложник чести убит…

Что ему нравилось в милиции – Пушкина и Лермонтова здесь знали все и нередко цитировали.

– Вам весело? – зло осведомился начальник отделения.

– Черный юмор, – поморщился Гоша. – А так, конечно, мы по уши в дерьме. И главное, непонятно, где ошибочка вышла. Вроде операция была подготовлена тщательно. Аккуратненько, скрытно все перекрыли.

– И как же вас, таких скрытных и аккуратных, какой-то цыганский архаровец раскусил?

– Узнаем, только когда его поймаем.

– Долго мы его так ловить будем, – скривился майор. – А что тут самое мерзкое, знаете?

– Копач сейчас руки потирает, хохочет и своим подельникам втирает, как хитро оперов из МУРа провел и стукача на перо поставил, – с самоуничижительным удовлетворением расписал позорную картину Гоша.

– И на новое дело готовится, – продолжил мысль начальник отделения. – А мы его не остановили… В общем, проявили профессиональную непригодность, товарищи.

Да уж. Провал знатный. Мало того, что не взяли предводителя жестокой шайки, так еще и приобрели мокрушный висяк. Потеряли кандидата на вербовку, который мог ярко освещать преступную деятельность в сфере незаконного оборота драгметаллов и которого ОБХСС уже ждал в ряды своего негласного аппарата с нетерпением.