Сын лекаря

Несмотря на то что я искренне желал этому, да и всем прочим эльфам смерти, я все еще чувствовал себя виноватым за то, что благодаря мне доу Лэтеар стал наркоманом. Я объяснил, почему зелье подействовало так непривычно, и добавил:

– Если принимать снадобье в меньших дозах и реже, вы вполне можете со временем перестать в нем нуждаться, – я попытался объяснить то, что мне казалось и так очевидным. Это почему-то ужасно разозлило первородного, и он несколько раз ударил меня уруми, приговаривая:

– Мне не нужны советы от низшего! Ты научишь меня делать то зелье, к которому я привык, мерзкая тварь. Если ты еще раз полезешь ко мне со своими советами, твоя жизнь превратится в муку намного раньше, а продлится намного дольше, понял? Понял? Понял?

Однако на этот раз он остановился сам, прежде чем я стал всерьез опасаться за свою жизнь. А я твердо решил, что если мне удастся сбежать, я обязательно уничтожу это несчастное, безумное существо перед тем, как уйти. И если решу умереть – тоже.

Город эльфов и в самом деле превзошел мои самые необычные фантазии. Построек в нем, в общем, не было. Первородные жили в дуплах этих теплых деревьев, которые меня так поразили. Те из них, которые предназначались для жилья, имели очень толстые стволы с полостью посередине. По-настоящему толстые стволы, некоторые достигали нескольких десятков локтей в диаметре. Внутрь дома мне в тот день попасть не удалось – немногочисленных пленников-людей в дома не пускали, так что как они выглядят изнутри, я узнал много позже. Зато в этот день я впервые увидел женщин-эльфов. Слухи об их неземной красоте оказались несколько преувеличенными, хотя все они были стройны, и лица у них были достаточно привлекательными, этого не отнять. Тем более что эльфийки обходились самым минимумом одежды – у нас такого наряда постеснялась бы даже обитательница заведения госпожи Миранды. Правда, по мере того, как мы приближались к центру странного города (дома, деревья стояли все чаще, в конце концов, обычные деревья стали попадаться совсем редко), наряды эльфийских дам становились все целомудреннее. В моем городе это все равно признали бы верхом вульгарности, где это видано, чтобы женщина ходила в штанах, да еще таких, которые настолько плотно облегают все, что должны скрывать! Я уже почти забыл свой родной мир, но глядя на одежду эльфийских модниц, мне вспомнился именно он. Одежда мужчин же становилась все ярче и богаче. Состоятельные господа, видимо, решил я.

Перед тем как подойти к городу, разрушившие Элтеграб первородные тоже переоделись: у них в сумках, оказывается, была сложена одежда, которая не имела ничего общего с привычной мне маскировочной. В новой одежде преобладали яркие цвета, у некоторых из тех, кто отдавал приказы, она была вышита золотом.