Сводные. Любовь вопреки

Когда я открыла глаза, то было ощущение, словно я белье, которое прокрутили в стиральной машине на самом сильном режиме. Тело было вялым, обескровленным и неприятно-влажным.

В комнате был выключен свет, но совсем темно не было. Значит, уже вечер. Ничего себе я! Целый день проспала!

Я повернула голову и увидела… Инну Петровну. Она сидела на стуле около окна и увлеченно читала что-то на телефоне.

— З-здравствуйте, — хрипло проговорила я. Голос звучал, словно скрипучая телега, которой давно не пользовались.

— Проснулась! — она засуетилась, подскочила и подошла к моей кровати. — Ничего не болит? Не знобит? Пить хочешь?

Я на все мотала головой, кроме последнего. Пить хотелось и даже очень.

После того, как Инна Петровна дала мне стакан с водой, а я жадно выхлебала его до дна, в голове немного прояснилось.

— А где Ник? — спросила я и почему-то покраснела.

Но Инна Петровна, кажется, этого не заметила. Или сделала вид, что не заметила.

— Спит, — охотно объяснила она. — Умаялся, вчера ночью вообще ведь не спал. Это я его уже отправила, сказала, что сама за тобой присмотрю.

— Ночью? — я затрясла головой, ничего не понимая. — Но ведь вчера в субботу…

— Вчера было воскресенье, — аккуратно поправила меня Инна Петровна. — А сегодня понедельник. И у тебя вот только недавно спала температура.

Ничего себе. Я что, почти два дня я валялась в бреду? И за мной ухаживал… Ник?

Получается, что да.

Я постаралась вспомнить, что же было, но цельной картины все равно не получалось. В памяти всплывали только какие-то обрывочные картинки:

…край стакана, который тычется мне в губы, и кислый прохладный вкус морса…

…сильные руки, которые осторожно снимают с меня липнущую к телу пижаму, меняя ее на что-то сухое, теплое, приятно пахнущее порошком…

…мягкий свет ночника и неумолимый взгляд серых глаз, под которым я покорно глотаю таблетки…

…слезы от невыносимой головной боли, которые я выплакиваю в твердое горячее плечо, так знакомо и вкусно пахнущее…

…голос, который говорит, что я умница, а потом приглушенно матерится и ругается с кем-то за дверью…

И все это был Ник.

Господи, как стыдно! Он видел меня в таком неприглядном виде! Потную, с температурой, в соплях и слезах… Надеюсь, что меня хотя бы не тошнило! Хотя на сто процентов в этом быть уверенной нельзя.

Черт, и это как раз после того, что между нами произошло в субботу ночью! Мы ведь целовались. И не только. Ох, неужели это все было на самом деле? Или это просто мне приснилось в горячке?

— Ты что-то красная вся, — озабоченно сказала Инна Петровна. — Опять что ли температура поднимается?

— Нет, — я еще сильнее покраснела, потому что совсем не к месту вспомнила, ЧТО именно Ник со мной делал. — Мне…Тут просто душно. Может, проветрим? И постель надо поменять.