Скандальная связь

Молча делает укол, и я тут же отворачиваюсь от него, сжавшись в клубок на другом конце кровати. Не хочу возвращаться в Москву. Не хочу видеть отца. И замуж за Ибрагимова не хочу. После встречи с везунчиком лишь отчетливее понимаю, насколько это ущербно – жить с человеком, к которому нет никаких чувств и совсем не тянет в физическом плане. А к кому тянет, тому совершенно нет до меня дела, потому что этот кто-то – бесчувственный кусок железяки!

20 глава

На завтрак я обычно ничего не ем. Ну или очень мало. Только не этим утром. У меня жуткая слабость. Я почти три дня провела в кровати, в отключке. Нужно как-то восполнять запас сил и откуда-то черпать энергию, которая на нуле. А ведь вскоре предстоит возвращаться к работе, держать оборону при общении с отцом, разговаривать с Иманом… С удовольствием бы напросилась пожить к Альбине, но понимаю, что если пущу сейчас всё на самотек и ничего не стану решать, то вполне могу остаться с грузом неприятных проблем и зарекомендовать себя как инфантильная малолетка. Хотя я – она и есть. Где-то в глубине души. Особенно рядом с мужчиной, который стоит сейчас у окна с сигаретой в зубах, что-то делая в телефоне.

Осматриваю поднос с едой и поднимаю глаза на Эрика:

– Я просила кофе.

Везунчик поворачивает голову и затягивается сигаретой.

– Ага, помечтай, – произносит с насмешкой. – Некрепкий чай и водичка – твое всё на ближайшие пару недель.

– Совсем, что ли, кофе нельзя?

У меня никогда еще не было травм головы. Затылок ломит, но уже терпимо.

– Если хочешь побыстрее восстановиться, то не стоит. Эти две чашки мне.

Эрик подходит и берет с подноса одну, пьет из нее небольшими глотками, не обращая на недовольную меня внимание, а потом снова затягивается сигаретой.

Хоть бы майку надел ради приличия. Я же не хожу по номеру без лифчика!

– Леднёв звонил? – спрашиваю я.

– Угу, – отзывается везунчик и приступает ко второй чашке.

Отойдя к окну, тушит окурок в пепельнице.

– Документы отдал. Квартиру на первое время подыскал. Дальше барышня сказала, что сама устроит свою жизнь. Премного благодарна тебе, Мише, мне. В счет за разбитую машину и пальто добавилась месячная оплата за жильё твоей подруги, – говорит Эрик благожелательным тоном, словно мы с ним ведем светскую беседу.

– Спасибо. Я всё верну. – Задумчиво прикусываю губу, думая о Лиде.

– Сумма набежала приличная. Уверена, что потянешь? Натурой ведь теперь не расплачиваешься. Как быть? – Везунчик тянет уголок рта вверх.

Ну нет, у тебя больше не получится одержать надо мной победу. Я тоже бываю кремень, и выдержки в такие моменты хоть отбавляй. Как бы внутри ни растекалась лужицей от красивой улыбки и таких же глаз, снова на это всё не поведусь."

"– За перелет и проживание тоже посчитал? Лекарства были дорогие, – вспоминаю я.