Скандальная связь

Будем считать, что это был наш прощальный поцелуй. Но именно в это мгновение четко понимаю, насколько мне небезразлично внимание везунчика и как больно будет разойтись в аэропорту с осознанием, что это конец. Я ехала на такси в Шереметьево с чувством весны внутри, а сейчас в душе серый октябрь: тоскливо, пусто и впереди ожидают долгие холодные дни."

"Эрик возвращается с подносом через минуту. Ставит его на тумбочку рядом с кроватью и окидывает меня внимательным взглядом.

– Ешь, потом я сделаю укол. Зрачки опять по пятаку.

От пережитого оргазма и твоих поцелуев! Но я молчу. Придвигаюсь к краю вместе с покрывалом, беру столовые приборы и ем. От головокружения даже толком не чувствуя вкуса еды.

– Ты не будешь? – спрашиваю, заметив, что Эрик сидит на стуле напротив и наблюдает за мной.

– Нет.

Ком подкатывает к горлу, и снова прошивает огорчением. Это выше моих сил. Я не понимаю этого мужчину. О чём он думает? Несколько мгновений назад его внушительная эрекция упиралась мне в живот, и за эти дни у него была куча возможностей заняться со мной сексом, но он не тронул меня. Зачем было предлагать полететь вместе чёрт-те куда? Чтобы просто смотреть сейчас, как я ем?

– Надеюсь, это стоит твоего воздержания? – без эмоций уточняю я.

– Возможно, – коротко отвечает он.

Ещё один любитель загадок. Как и мой отец. Мысль податься в монастырь или стать ярой феминисткой, которая будет презирать всех мужчин на свете, кажется не такой уж и безумной.

– А когда меня вырубит, что будешь делать?

Хочу услышать что-нибудь язвительное, но Эрик снова включает безразличие. Долбаный робот! Где находится кнопка, которая отвечает за его настроение? Хочу ее сломать! Нужно срочно переключиться. Не думать об этой ситуации. Я не возлагала никаких надежд на поездку. Не было ожиданий и насчет этого мужчины. Могла бы вовсе не полететь. Сколько раз это необходимо повторить, чтобы я действительно начала так думать и не огорчаться, что вернусь в Москву нетронутой?

– Поработаю и тоже лягу спать, – тихо отзывается он.

– На диване в гостиной?

– С тобой на кровати. Ты всё равно в глубокой отключке будешь. Даже не почувствуешь моего присутствия.

Ковыряю вилкой омлет, делаю глоток чая и поднимаю глаза на Эрика.

– Я наелась. Спасибо.

– Ты почти ничего не съела, – замечает он.

– Меня тошнит, – обманываю я.

Кусок в горло не лезет по другому поводу. Чёрт бы тебя побрал, везунчик! Зачем я только согласилась с тобой куда-то полететь? Вместо эйфории по венам растекается тяжесть. Как в воду глядела, пошутив в тот вечер на заезде, что у него магнит вместо сердца.

– Это не забастовка. Я действительно не могу и не хочу.

– Хорошо, – кивает Эрик.

Приносит из другой комнаты пакет с лекарствами, достает шприц и несколько ампул.